Зависть

Я, сглупила, не взяла с собой денег. Ведь Лариса за мое согласие пойти на вечеринку, щедро пообещала оплатить нам дорогу туда и обратно. У неё водились лишние деньги для разъездов на такси по столице, а у меня – нет.

Тихо играла ненавязчивая музыка. Стас показал, куда можно сесть – большущего размера роскошный диван из натуральной кожи. Напротив дивана, через стеклянный низкий столик, стоял ряд таких же кожаных мягких кресел, образуя островок для бесед в центре комнаты.

Я присела на край дивана, а мои подруги разошлись поздороваться с присутствующими участниками вечеринки.

Подошел Стас, поставил круглый разнос с напитками на журнальный столик. Хозяин протянул мне один бокал.

– На, выпей, расслабься. А то ты напряженная слишком.

Меньше всего мне хотелось пить, но я приняла угощение и сделала маленький глоток.

«Фу, гадость!»

Все остальные гости с явным удовольствием расхватали выпивку, и Стас пошел за следующей порцией, пообещав еще один коктейль своего собственного изобретения.

Лариса грациозно опустилась рядом со мной.

– Ну, как, не страшно? – словно забавляясь, спросила она. – Видишь, ничего ужасного с тобой не случилось. Здесь все свои люди.

– Я думала, что народу больше будет, – сказала я, отставляя спиртное на столик.

Лариса понимающе кивнула.

– Если ты Радима ждёшь…, – и только от звука его имени у меня всё сладко замерло внутри, – … так он скоро придёт. Рано ведь ещё.

Если смотреть здраво на мои чувства к нему, то можно было смело назвать патологической зависимостью. Я приходила в ужас от мысли, что он закончит учебу, и я больше не увижу его.

Но я прекрасно понимала, как нелепа моя безответная любовь, что нужно избавиться от неё, и я сотворю какую-нибудь глупость. Поэтому на ту злополучную вечеринку я смотрела, как на уникальную возможность узнать Радима ближе и постараться разочароваться в нём.

Гости Стаса на меня внимания не обращали. Золотой молодёжи было чем заняться и без меня. Они общались между собой, курили, пили, танцевали с девушками.

Прибывали ещё новые люди, и компания увеличивалась, а вместе с ней, шум смех и веселье. В какой-то момент меня увлекло наблюдение за ними. Их беззаботное наслаждение жизнью, без мыслей о завтрашнем дне – завораживало.