Элис

Увидев на тесте две полоски, она едва не поперхнулась и на секунду даже перестала дышать; ее переполняла смесь отчаяния, страха и непонятно откуда взявшегося счастья. Элис надеялась, что, узнав о ребенке, Жуан и сам обрадуется – в конце концов, какая разница, как они будут жить? Как-нибудь справятся, ведь до сих пор же как-то справлялись. Зато теперь у них будет ребенок.

Но Жуан и слушать ничего не хотел. Подскочил как ужаленный, стоило Элис рассказать ему, что она беременна, и резким, не требующим возражений тоном потребовал сделать аборт – хочет она того или нет.

Элис обо всем позаботилась – записалась на прием в ближайшую больницу и взяла на себя все расходы. Процедура заняла не больше десяти минут, но этого оказалось достаточно, чтобы она вышла из палаты другим человеком. Элис не покидало чувство, что она собственными руками убила частичку самой себя, позволив мужчине в маске и холодных резиновых перчатках извлечь из нее кровоточащую, трепещущую жизнь и с равнодушным видом, словно это какой-то ненужный отросток, бросить ее на жестяной поднос.

На следующий день Элис пришла в себя с ноющей болью в теле, трудно поддающейся описанию. Она прижала руки к животу, ощущая в нем непривычную пустоту. На выходе из больницы Элис, не удержавшись на трясущихся ногах, рухнула на пол и в бессилии зарыдала.

– Дайте мне свою руку.

Голос женщины заставил ее вздрогнуть. Элис потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она находится не в стенах парижской больницы, а в вагоне поезда – с растерянным видом сидит напротив женщины, которая чего-то от нее хочет.

– Зачем вам моя рука? – нахмурившись, спросила Элис.

– Не будь такой подозрительной. Доверься мне.

Женщина резко перешла на «ты», но Элис не обратила на это внимания, хотя обычно, когда незнакомые люди нарушали ее границы, это выводило ее из себя.

– Вижу, что ты несчастлива в браке, – бормотала она, согнувшись над рукой Элис. – Плывешь по течению, и это тебя губит. Муж тебя совсем не знает. Он не подходит тебе.

Элис не могла поверить своим ушам.