Что скрывает незнакомец

В прошлых отношениях я так привыкла стучаться в закрытые двери и добиваться чужого расположения, что совсем забыла, какой должна быть любовь. Искренней. Взаимной. Настоящей.

– Спасибо тебе, – сказала я, смотря Нику прямо в глаза. – Мне так хорошо с тобой.

Вместо ответа он прижал меня к себе и погладил по волосам.

– Только не обманывай меня. И мы всегда будем вместе. Обещаю.

Так вот оно что! Его бывшая оказалась лгуньей. Или еще хуже – она предала Ника. Эта мысль показалась мне нелепой: кому в здравом уме придет в голову изменять Нику – он же идеальный? Должно быть, так ведут себя девушки, которые не ценят то, что у них есть.

К счастью, я не такая.

– Тебе не о чем волноваться, – заверила я Ника. – Ты можешь доверять мне.

– Знаю, – ответил он.

Мы снова занялись любовью. В ту ночь я спала без сновидений, прижавшись обнаженным телом к мирно сопевшему рядом Нику.

***

Наутро меня ждал завтрак в постель – свежеиспеченные круассаны и кофе со сливками. Я зажмурилась от залившего комнату солнца и с удовольствием потянулась в кровати.

Теплые солнечные лучи приятно щекотали шею. Ник сидел напротив меня – он уже успел принять душ и переодеться в чистую рубашку.

– Доброе утро, соня, – он наклонился и чмокнул меня в щеку. – Ты так сладко спала, что я не стал тебя будить.

– Который час? – сонно спросила я.

– Почти десять. Но мы никуда не торопимся.

Я с улыбкой выскользнула из кровати и отлучилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Приняла горячий душ и надела теплый махровый халат.

День обещал быть чудесным.

– Какие у нас планы? – я села на кровать и отхлебнула кофе. Отломила кусочек хрустящей выпечки и отправила его в рот.

– Выписаться из отеля, заняться сексом, вернуться домой, встретиться с друзьями, – перечислил Ник, загибая пальцы.

– А порядок можно менять? – я отложила поднос с едой и поцеловала Ника.

– Твое желание для меня – закон.

С этими словами Ник притянул меня к себе. Я зажмурилась, чувствуя, как земля уходит у меня из-под ног…

В постели нежный и чуткий Ник становился совсем другим человеком.

Он мог неожиданно прикусить меня за нижнюю губу или резко шлепнуть по заднице. Иногда он с такой силой сжимал мои груди, что мне становилось по-настоящему больно, но уже через секунду, прежде чем я успевала вскрикнуть, резкая боль сменялась пьянящим наслаждением.

Вспоминая эти, как мне тогда казалось, сущие пустяки, я ругаю себя за то, что не придала им значения.