Дневник леди Евы

– Я сирота, ваша милость, – начала она историю, которую придумала раньше. – Воспитывалась в монастыре, где меня обучили медицине. Я зарабатываю на жизнь тем, что лечу людей. Я никому не причинила вреда! Я отказалась лечить корову этой женщины, а меня обвинили в том, что несчастное животное сдохло!

– Неправда! Ты сама ее отравила, потому и отказалась лечить… – высунулась вперед Эби.

– Заткнись! – прикрикнул на нее первый рыцарь. – А то отведаешь плети. Как ты смеешь вмешиваться в суд рыцаря!

– А что с искалеченным человеком? – все так же лениво спросил сюзерен.

– Мне пришлось отнять два пальца, чтобы остановить гангрену, но я сохранила ему кисть. Если бы он позволил мне начать лечение раньше, я бы смогла сохранить больше! – История, которая, как ей казалось, уже была забыта, теперь снова взволновала девушку, и у нее даже голос окреп.

Лицо собеседника было закрыто шлемом, но он заметно оживился:

– Я встречался с чем-то подобным, когда воевал.

– Вы бы полегче, сэр рыцарь… – начал было детина с ножом, но один из рыцарей угрожающе двинулся к нему, и парень притих.

– На моей земле тебе следует вести себя скромнее, – высокомерно проговорил лорд, – я вправе приказать бросить тебя в подвал моего замка и потребовать выкуп у твоего сюзерена. Не думаю, что он будет доволен. Но сначала я разберусь с этим делом. А знаете ли вы тех, кого она вылечила?

Сначала царила тишина, только свистел в поле весенний ветер.

– Моего ребенка вылечила от ушных болей, – неохотно сказала одна из женщин.

– Мне вырвала больной зуб! Уж как я с ним намучился…

– У моей жены принимала роды!

– И старого Билла лечила от колик в животе! – Примеры посыпались как из рога изобилия, теперь уже их было трудно остановить. Крестьяне как будто очнулись. Некоторые поглядывали на девушку чуть ли не виновато, а какая-то женщина сердито шикнула на Эби, когда та попыталась снова вылезти с какими-то обвинениями:

– Помолчи уж, и так из-за тебя стыда теперь не оберешься.

– Довольно! – поднял руку лорд.

Крестьяне затихли.

– Я понял, что эта женщина принесла больше пользы, чем вреда. Я считаю ее невиновной и забираю с собой. А вам приказываю немедленно убраться с моей земли.