Город, которого нет

Рот сухой, хочется сплюнуть, а нечем. Дышать тоже хочется. Невыносимо, мучительно хочется дышать. Заорать никак, сдавлена грудь. Ччерт. Откуда она это знает?!

Колдунья не спускала с него глаз. Никита медленно кивнул.

Из-за двери появился мужчина. Небольшого роста, юркий, в улыбчивых морщинах, он принес с собой запах табака и мангала. Встал за спиной, положил женщине руки на плечи и чмокнул в макушку:

– Подхалтуриваем?

– Мешаешь, Рик, – она поморщилась. Сказала Никите: – Подожди здесь. Мы с мужем на минутку…

Оба вышли.

– …опять за старое? Отберут же лицензию!..

– …сам, представляешь? Надо же, как, – женский голос был растерян.

– Прошлый раз нас вышибли из Мюнхена, – гнул свое мужчина. – Вот почему я шкурой сейчас чувствую неприятности?..

– Две недели назад, – женщина заговорила тише, до Никиты долетело последнее слово, – с той стороны…

– Марго, – простонал мужчина, – и ты открыла?..

Снова женский шепот, потом возглас мужчины:

– Ну, ведь безобидный же, да? Из местных травок? Корень женьшеня там, репей, ваниль с подорожником?.

После ответа женщины повисло молчание, потом дверь со стуком захлопнулась.

Какое-то время Никита не слышал ничего. Потом мужчина заголосил:

– …открыть! А если ты ошибаешься? Ты представляешь, как можно влипнуть?! Господи, какое место удобное: центр, метро, аренда нормальная. Повара приличного нашел! – он причитал, как дервиш.

– Хорошо, – женский голос стал ледяным, – сейчас я пойду и скажу ему «до свидания», так? – и столько в этом «так» было силы, что моментально представил Никита, как взметнулся на мачте Веселый Роджер, тугим влажным ветром выгнуло паруса, и по воле маленькой крепкой руки рванула лихая шхуна на абордаж…

Муж пошел на попятный:

– Тихо, тихо.

Неразборчивая скороговорка. Рик сдался:

– Тоже, вроде, ничего страшного… Ладно, идем. Человек ждет…

Будет сейчас клоунада, решил Никита. Впарят ему про дорогу дальнюю и даму треф, продадут жабьей икры полкило или хвост убитой в полночь гадюки – на счастье.

– Иди, – сказала Марго. – К ней иди. И не волнуйся. Все у вас хорошо теперь будет. Муж проводит, – и, кивнув на прощание, вышла.

И все?! – подумал Никита.

Мужчина повел его через коммунальные дебри. Остановился у обшарпанной двери, не той, через которую его впустили.

– Ну, бывай, – сказал хозяин. Если что – до четырех утра я тебя подожду.