Демоны города масок

Если бы удалось сказать Михелю хоть пару словечек… хотя бы попрощаться…

– Нет, туда мне хода нет. Я способен отыскать душу, что заблудилась между мирами. Это люди, которых не сожгли и не похоронили как подобает, или же умершие воистину жестокой смертью.

– Я… – просипела я, и слова застряли в горле.

– Я догадываюсь, о чем вы хотели спросить. – Мягкий голос Эрдэнэ теперь и вовсе сочился медом. – Тело вашего друга сожгли по обычаю Нарама. Его душа упокоилась в огне и обрела дом в обители мертвых, которую вы зовете царством Творца.

Вам уже не удастся его отыскать. Да и не нужно. Сохраните этого человека в своей памяти, но не тяните обратно.

Я почувствовала, как предательски перехватило дыхание. Нет, только не здесь! Только не при Эрдэнэ!

Как мне отпустить Михеля? Как отпустить свое горе? Как забыть о голодном пламени, сожравшем тело Арлана?

Я зажала рот обеими руками и крепко зажмурилась, уговаривая себя успокоиться, но оказалась бессильна перед бурей, вызванной словами Эрдэнэ. Из горла рвался бешеный полувой-полукашель, он искал выхода и бился о крепко сомкнутые губы.

– Амаль, – позвал Эрдэнэ, но я лишь замотала головой, мысленно умоляя его сделать вид, будто ничего не случилось. Достопочтенный каан не плачет при человеке, которого знает всего два дня. Нет, ему привиделось.

Совсем рядом раздалось кряхтение. Тихие шаги сопровождал едва слышимый шорох ткани.

Эрдэнэ присел передо мной на корточки, поморщившись от боли в затягивающихся ранах. Затуманенными от слез глазами я смотрела на него и продолжала зажимать рот, сотрясаясь всем телом.

Эрдэнэ взял мои руки в свои теплые ладони и отнял их ото рта. С обретших свободу губ сию же секунду сорвался громкий всхлип, из-за чего в горле запершило, и я согнулась в приступе истеричного кашля.

– Плачьте, Амаль. Плачьте, чтобы справиться со своим горем. Вам не нужны капли, чтобы совладать с собой. Достаточно лишь понять, что мертвых не нужно держать, ведь их путь разошелся с вашим. Наши родные живы, пока мы о них помним.

Это закон мироздания, непреложная истина, ответ на главный вопрос бытия. Плачьте и обретайте силу благодаря собственной стойкости и воле, а не настойке Мансура.

Эрдэнэ взирал на меня со спокойствием умудренного годами старца, и в его черных глазах действительно отражалась мудрость прожитых лет. Красивое лицо осталось спокойным и серьезным. Эрдэнэ не жалел меня. Он учил меня жить эту жизнь.

Его изящные руки все еще сжимали мои холодные ладони.