Демоны города масок

– Чем ты ему поможешь?! – вопил я, тряся Дана и чувствуя мерзкий привкус крови во рту. Она все текла и текла, капая на кожаную броню. – Пока вы в круге, я постараюсь вас защитить!

– Безсона уже защитил! Не мешайся! – В порыве гнева Дан отпихнул меня, отчего я едва не свалился навзничь. А потом круг теней рухнул.

Твари с визгом и шипением ринулись на нас. Сколько же их?! Они прибывали и прибывали. Нечисти явно стало в два раза больше, и они не оставили бы от нас и косточки.

Дан набросился на людоедок с голыми руками и особым кинжалом, по очереди вспоров до бескровных внутренностей троих.

Один из его бойцов отбивался срывающимися с ладоней молниями, второй выжигал тварям глаза точными прикосновениями. Когда нечисть додумалась не подступать близко, все трое выхватили из ножен мечи, жалившие не хуже кинжалов. Небольшое пространство между домами наполнилось воплями, визгом и стонами, всполохами молний и вонью гниющих тел. Твари источали трупное зловоние, словно оставленные на солнце мертвецы.

– Ну же, девочки мои, не позвольте этой погани ускользнуть! – разнесся над нашими головами голос хозяина, кровавой пеленой опустившись на каждую из его «девочек».

Они забились яростнее, но парни оказались не промах. Дан справлялся ловчее всех. Он вспорол и разорвал пополам пятерых тварей, но одна из них подкралась к навиру, что выжигал глаза ее подругам, и вцепилась когтями в его незащищенную шею. Я больше не мог ждать и копить силы. Если его утащили бы, то сожрали, как Безсона.

Не успел я сосредоточиться на внутренней силе, как из темноты вынырнули еще две особи и с плотоядными ухмылками на обезображенных ртах бросились ко мне, вытянув руки со скрюченными когтистыми пальцами. Тратить силы нельзя было, иначе их не останется на взрыв.

Я выхватил меч и полоснул одну из тварей прямо по лицу. Она завизжала, схватившись за бескровную рану. Из давно мертвых тел не сочилась кровь, зато мне в лицо пахнуло разложением. Едва удержавшись от рвотного позыва, я задержал дыхание.

Вторая тварь прыгнула сзади, целясь в шею, но мне не составило труда насадить ее на меч, словно курицу на вертел. И вновь эта вонь, заставившая меня зайтись в кашле. Наткнувшись взглядом на отчаянно отбивавшегося парня, по шее которого стекали ручьи крови, я вытер меч об изношенную одежду проткнутой погани и вернул его в ножны, после чего сделал глубокий вдох и закрыл глаза.

Внутренняя сила только и ждала, когда же моя воля сосредоточится на ней.