Тайна золотого остролиста

Выждав минут десять, на большее меня не хватило, мелкими перебежками, стараясь держаться в тени домов и не прекращая осматриваться, я через тридцать минут влетела во двор.

– Мама, ты плакала? – воскликнул сын, подбегая ко мне, он крепко обнял, пристально вглядываясь в моё лицо.

– Немного… упала, – повинилась я, погладив сына, заметила, что мои ладони в серых разводах от пыли и слёз, я, мысленно застонав, спросила, – Джереми, посмотри, моё лицо грязное?

– Да, ты в чёрную полоску, – улыбнулся сын, потянув меня за руку в дом, нравоучительно добавил, – тебе надо умыться и платье снять, оно тоже грязное.

– Пожалуй, – хихикнула, представив себе, как я выгляжу со стороны, теперь понимая, почему от меня шарахались люди, – как бабушка Мо?

– Хорошо, мы кашу приготовили, правда, без мяса, – отчитался сынишка.

– Молодцы, сейчас приведу себя в порядок и узнаём у Морган недорогую лавку, где можно пробрести продукты и одежду одному маленькому, но быстрорастущему мальчику.

– Мы с Абисом насобирали листики-паутинки, – поделился сын, чем занимался, пока меня не было, – я убрал их на полочку шкафа в нашей комнате.

– Замечательно, – кивнула, зайдя в комнату, положила чемодан на столик и замерла в нерешительности.

– Мам?

– Сейчас, – дрожащими руками, открыла чемодан и, осторожно взяв мешочек, словно там было что-то опасное, я развязала тугую тесьму, зажмурив глаза, высыпала всё содержимое на дно чемодана.

– Мама, – потрясённо прошептал сын, я же, чуть приоткрыв глаза, ошеломлённо уставилась на кучку золотых монет, громко и счастливо рассмеялась.

– Невероятно! – сквозь смех воскликнула я, подхватывая сына на руки, закружила его по комнате, – ты представляешь, я думала, торгуюсь за серебрушки, а, оказалось, за золото. В нашей деревне мне больше монеты не давали, а здесь золотом.

– Это ты салфетки продала? – поражённо переспросил сын, обнимая меня за шею.

– Да!

– Теперь ты можешь купить ещё нити и столько навышивать, – радостно прокричал ребёнок, распахивая руки.

– Да! – поддержала его, воодушевлённая перспективами, но через миг застыла, тихо пробормотав, – конечно… ну ладно, подурачились, пора переодеться и идти в лавку, ты со мной?

– Тебе же потребуется помощь, – важно проговорил сын, – я пойду узнаю у бабушки Мо про недорогую лавку.

– Хорошо сынок, – кивнула, за улыбкой скрывая грусть, мысленно сокрушаясь.

Я не Кэтрин и вышивать не умею, да мне сохранили её память, я люблю её сына, как родного.