Тайна золотого остролиста

– Вижу, стой здесь, – распорядилась, я, делая крохотные шаги, медленно продвигалась к иссушенной от старости или от болезни, бабушке, – кхм…

– Томас? – с большим трудом проскрипел старческий голос, тут же закашлявшись

– Нет, меня зовут Кэтрин, вам плохо? Принести воды? – быстро проговорила, едва касаясь лба, я ощутила страшный жар, исходящий от старушки, – Джереми, помоги.

Стащив с себя всё ещё висевший тяжёлый мешок за спиной, я откопала тугой свёрток с артефактами… на мгновение задумавшись, я, тяжело вздохнув, решительно уложила один из них на грудь бабушке.

– Она заболела как я? – тихо спросил сын, усаживаясь на край пыльного стула

– Скорее всего, – кивнула, задумчиво наблюдая, как свет в камне постепенно угасает, с усилием подавляя в себе страх и сожаление. Артефактов у меня осталось всего два, оба раза я их напитала силой неосознанно, удастся ли мне повторить? Монет для мага нет, что если Джереми станет плохо? Но и оставить старушку в таком состоянии я не смогла уйти зная, что в доме умирает человек… Тогда уж лучше бы вообще не заходить в этот дом.

– Абис! Ты где был? – воскликнул сын, прерывая мои тягостные размышления, – мама смотри, он притащил шкатулку.

– Притащил? – удивлённо переспросила, меняя потухший артефакт на светящийся, я обернулась взглянуть на кота.

– Дашь мне? – протянул руку сын, чтобы забрать довольно большую коробочку, – мама он тебе хочет отдать.

– Вижу, – хмыкнула, с трудом сдерживая смех, вид у котяры был очень забавный, схватив зубами за один край шкатулку, он важной поступью подошёл ко мне и положил её у моих ног, – хм… благодарю.

Честно признаться, открывать было страшно, этому странному коту я не доверяла. Но любопытство, как говорится, сгубило кошку. Поэтому медленно, отодвинув её подальше от себя, я всё же подняла крышку.

– Артефакты? Интересно и все пустые, – задумчиво пробормотала, беря один из множества камешков в руки, – ну что же, посмотрим, кто ты такой.

Камень был таким же серым, как и наши, разница была лишь в текстуре, артефакты, что сейчас лечил старушку, так и не пришедшую в себя, был гладким, этот же пористый и практически невесомый.

– Мама, он стал голубым светиться, – восхищённо пробормотал сын, прерывая мои размышления и муки выбора: какой бы из лежащих в шкатулке ещё взять, – здорово.

– Да, – не могла не согласиться с Джереми, глядя на камешек, которой всё больше напоминал капельку воды, я взяла ещё один – серый с прожилками, – так, а ты, каким цветом станешь.