Я за Тобой

– Возьми, – произнёс он, толкнув ковш в мои руки.

– Спасибо, – поблагодарила, быстро смывая пену с лица. Выпрямившись и прикрыв волосами грудь, я обернулась.

– Прости, я не знал, что ты здесь. Сейчас уйду, – прохрипел Анрэй, разглядывая меня. Его вздыбленные в определённом месте штаны и учащённое дыхание подсказали мне, насколько он возбуждён.

– Я ополоснусь и уйду, – пробормотала, тоже разглядывая мужчину. Он уже снял с себя рубаху, и на нём остались лишь плотные серые штаны.

Его подтянутое рельефное тело с множеством шрамов покрывали капли воды. Влажные волосы растрёпанными прядями придавали ему забавный, несколько подростковый вид, что совершенно не вязалось с обжигающим взглядом.

Я гулко сглотнула и уставилась на него взглядом перепуганного кролика, замершего перед голодной лисой. Но в то же время глубоко в себе я чувствовала неясное томление.

– Да, хорошо, – встряхнув головой, будто освобождаясь от наваждения, Анрэй покинул баню, плотно закрыв за собой дверь.

Ни на мгновение не замедляясь, я быстро ополоснула волосы сначала водой, потом травяным настоем (прохладная вода помогла прийти в себя), опрокинула кадку воды на тело и, не вытираясь, за секунду напялила на себя платье.

– Я всё, – пропищала, вываливаясь из бани, прижимая к груди свои вещи.

Анрэй молча кивнул и скрылся за дверью. Я тоже не стала тормозить и устремилась к дому, благо топографическим кретинизмом не страдала и дорогу запомнила.

Зайдя в дом, была приятно удивлена. Никого в холле не оказалось, и я прошмыгнула в комнату никем не замеченная. Очутившись в спасительном уединении, я стащила насквозь промокшее платье и им же принялась вытираться, начиная с волос, с которых буквально ручьём стекала вода. Радует, что на улице, судя по всему, лето и заболеть от переохлаждения мне не грозит. Забравшись с ногами на кровать, я с усердием растирала волосы, но льняная рубаха ни в какую не собирала влагу.

– Куинн, – шёпот, раздавшийся у двери, был неожиданным.

«Трындец! У меня подозрительная тяга к эксгибиционизму»! – мысленно выругалась, поворачиваясь к говорившему. «Так, значит, всё-таки рыжий. Ещё бы знать, как его зовут».

– Да? – отозвалась, прикрывая себя мокрым платьем.

– Ты прекрасна, – прохрипел он, шумно дыша.

– Хм…, – промычала, не зная, что сказать.