Оспорить завещание

– Помилуйте, ваше сиятельство, – тут же завыл Матти, вываливаясь из дома, снова бухнулся на колени, – видать, сын возвращал, а Джоди припрятывала, не ведал я…

– Угу, – усмехнулась, нисколько не удивлённая таким поворотом, – забираю за три года, остальное привезёшь в особняк Керин через два месяца. Продукты мигом неси и отвар какой с выпечкой сейчас же подай.

– Сию минуту ваше сиятельство, – прохрипел Матти, чуть ли не ползком исчезая в доме.

– Что всё не забрала? – ехидно поинтересовался Фрэнки, покачивая в руках мешки.

– Здесь всё? – не ответила на вопрос, – надо пересчитать и записать.

– Всё.

– Госпожа, вон лавка и столик в садике.

– Отлично, мы идём в сад, а ты, пожалуйста, проследи, чтобы этот ушлый пройдоха не сбежал.

– Хм… хорошо, – вполголоса, будто размышляя проговорил Фрэнки, неохотно отдавая нам мешки.

– Я это… там Джоди собирает, – промямлил староста, выскакивая из дома, держа в руках кружку и тарелку с булочками, он алчным взглядом проводил позвякивающие в мешке монеты, предложил, – помогу управиться с расчётом.

– Ну идём, только бумагу неси, да карандаш, – с усмешкой бросила, не став отказывать. Просто забирать, не пересчитав, я и не намеревалась. Пусть он и ворюга ещё та, всё же не хотелось уподобляться старосте. Согласно документам и невыплаченным долгом, стребую, а лишнего не возьму.

– Я присмотрю, – добавил Фрэнки, следуя за нами.

– Молли возьми кружку и тарелку, Матти неси ещё две для Молли и Фрэнки, мы во дворе тебя подождём.

– Хорошо. Мигом я, – с явным облегчением произнёс староста, кинулся снова в дом.

– Быстро бегает, – усмехнулся Фрэнки.

– Ну так, вдруг всё заберём.

Спустя всего пару минут мы сидели под старой яблонькой, с огромным удовольствием ели нежнейшую сдобу, запивая ароматным отваром. Внимательно следя за старостой, который медленно раскладывал по кучкам монеты, считая вслух.

– Тридцать пять…

– Тридцать три, – хмыкнула я, прожевав, – сбился, однако.

– Ох… прошу простить ваше сиятельство, – промямлил Матти, – тридцать четыре.

Около сорока минут мы наблюдали, как из мешка в ровные цилиндрики складывались монетки. Отобрав себе более пятнадцати жёлтых, я сгребла их в мешок.

– Двести пятьдесят здесь, ещё сто тридцать должен, – произнесла, записывая суммы на серый лист бумаги, – распишись в этом месте, рядом с моей подписью, чтобы в следующий раз мог показать документ.