Легенды Изара. Предсказанная

А теперь и этого нет…

– Ваше Величество, прошу вас, – Эми подала шелковый халат, помогая стянуть с меня сапоги, которые никак не хотели сниматься.

Ещё через пару минут в комнату вошла Рина, за ней гуськом проследовали девушки с подносами в руках, на которых были расставлены чашки, чайнички, стаканы и пиалы.

Как только, все эти посудины были водружены на столик, распространяя ароматы, смешивающиеся в непонятное нечто, служанки покинули комнату, а я приступила к дегустированию под комментарии моей фрейлины.

Опытным путём мной были определены несколько напитков, которые я посчитала вполне съедобными: зелёный чай с тонким послевкусием мелиссы, кофе с молоком и, кажется, корицей, апельсиновый и яблочный сок. Остальные были или чересчур приторные даже без добавления подсластителей, или слишком ароматные: странное смешение запахов огурца и шоколада, или, как лепестки шасфи, рыбы и розы – бее…

– Рина, спасибо большое, – поблагодарила девушку.

– Не за что, Ваше Величество, Эми уже приготовила ванну, я провожу вас.

В ванной комнате я пробыла совсем недолго, находиться в одиночестве мне противопоказано. А Эми я отпустила сразу, как только девушка помогла вымыть голову, – отказаться от лёгкого массажа в исполнении горничной было выше моих сил и желания.

Зайдя в комнату, укутанная всё в тот же шелковый халат, отпила маленький глоток зелёного чая, который мне вручила Рина, и с тихим стоном опустилась в кресло, наслаждаясь минуткой тишины и спокойствия.

– Ваше Величество, я вам ещё понадоблюсь?

– Нет, Рина, спасибо, можешь идти.

– Тогда я распоряжусь насчёт завтрака. Приятных снов, Ваше Величество.

– И тебе, – прошептала я, наблюдая, как девушка, поправив подушки на кровати, окинула хозяйским взглядом комнату, ещё раз проверив, всё ли в порядке, тихо затворила за собой двери и исчезла.

А на меня снова напали мои внутренние монстры (так их назвал психолог, к которому я проходила, кажется, целую вечность). Радуют, что монстры, после того как я очнулась в этом странном мире, хотя бы днём меня не посещают.

Но сейчас я как будто наяву слышу последний крик Даньки, он навеки запомнится мне. Кажется, нет ничего страшнее этого: сын, который ещё ничего не успел увидеть за свою короткую жизнь, погибший по вине человека, севшего за руль в нетрезвом состоянии. Как я была глупа, считая, что несколько пощёчин от любимого мужа – это больно, нет, больно знать, что ты не можешь быть рядом с умирающим сыном.