Глава семьи Пембертон

– Александра, – поправила тётку – своё второе имя, которым называла меня только мать, мне никогда не нравилось – и, подхватив один из чемоданов, я решительно двинулась в сторону замершей на пороге особняка миссис Джоан, на ходу коротко бросив, – я вернулась.

Глава 4

– Где ты была все эти годы?! – потребовала тётя, едва я зашла в тёмный, пахнувший пылью и старостью, холл. Тон голоса женщины, привыкшей приказывать, мне не понравился, и я сразу решила дать понять тётушке, что терпеть такое больше не намерена.

– Миссис Джоан, настоятельно рекомендую вам впредь не разговаривать со мной в таком тоне.

– А ты стала дерзкой и невоспитанной девчонкой! – презрительно скривила губы женщина, самая старшая сестра отца Александры.

– Да, и вам придётся с этим смириться, – растянула губы в самой любезной улыбке и, чуть помедлив, добавила, – давайте договоримся: вы не лезете в мои дела, не разговариваете со мной в приказном тоне, и мы с вами сможем мирно существовать в одном доме, иначе нам придётся расстаться.

– Ты слишком юна…

– Я устала, займу комнату родителей, завтра обсудим остальные вопросы, – прервала тётку и, круто развернувшись, продолжила свой путь, внимательно глядя себе под ноги, чтобы в этой кромешной темноте ненароком не покалечиться.

– Мисс Алексия!

– Завтра поговорим, миссис Джоан, – отозвалась, вскоре исчезая за стенами коридора второго этажа, насмешливо подумав, – «наивная… я больше трёх лет скрывалась не для того, чтобы мне смели приказывать».

В Амевере девушкам не повезло – до наступления их совершеннолетия любой старший в семье может приказать, заставить и решить за несчастную. Так случилось и с Александрой, за несколько месяцев до её восемнадцатилетия отец объявил о её помолвке с Генри – чванливым, высокомерным красавчиком. С каким превосходством он тогда смотрел на меня, на мою фигуру, едва начавшую формироваться. С каким снисходительным тоном говорил со мной в кабинете отца… я с трудом сдержалась и не ударила его по лощёной физиономии.

После ухода неожиданного жениха я попыталась уговорить отца отказаться или хотя бы отсрочить дату свадьбы. Просила братьев убедить папеньку не торопиться, но всё было без толку. Мои слова воспринимались лишь капризом и опасениями невинной девушки. Братья, отец и даже нянька заботливо мне объясняли, что все молоденькие девицы страшатся мужчин, что я привыкну к Генри и буду благодарна отцу за такую хорошую партию.