Цвет таволги

– Ну вот, Ани, я за домиком присматривал, печь нормально работает, – принялся перечислять дядя Толя, – а как твоя мать сказала, что ты удумала здесь с детьми остаться, так протопил хоть и тепло ещё, но ночи холодные стали.

– Спасибо большое, – улыбнулась я, волоча свой немаленький баул с вещами, едой и прочими нужностями.

– Воды натаскал, баня тоже поправлена, венец нижний заменили в прошлом году, – продолжал взволнованно рассказывать мужчина, – ты это, если что звони, связь здесь есть.

– Круто! – одновременно закричали дети, тут же принялись проверять свои телефоны.

– Спасибо, – ещё раз поблагодарила мужчину, провожая его до машины.

– Грибы пошли, вон за тем пригорком белые.

– Ух ты! Отлично! Сходим? – оглянулась я на детей, заметила, как на их лицах буквально на секунду мелькнула скука, но тут же раздался дружный вопль:

– Да.

– Тогда берите корзину, она в сарае и идём, – рассмеялась я, думая, что у меня замечательные дети.

До обозначенного пригорка идти было прилично, перебираясь через валежник, пробиваясь сквозь заросли высокой травы, мы только спустя час дошли до нужного места.

Заблудиться я не боялась, ещё с отцом я облазила этот лес вдоль и поперёк, и да, он изменился, появились новые поваленные деревья, а вот этого куста здесь точно не было, но всё же это мой лес, моё место силы.

– Мам, там, кажется, собака, – тихо произнёс Сашка, показывая рукой на берег небольшой речки.

– И там, – прошептала Лена, махнув в противоположную сторону.

Посмотрев в стороны, куда указывали дети, я потрясённо застыла, Сашка ошибся, у реки их было три… огромных волка, а буквально в десяти метрах от нас замер настоящий гигант среди себе подобных, чёрный с массивными лапами волчара.

– Осторожно, не делая резких движений, идём назад, – прошептала, подталкивая детей в спины, я, не прекращая, оглядывалась.

– Мам, это волки? – испуганно спросила дочь, Сашка тут же удивлённо вскинул голову.

– Да, поэтому слушаем меня и тихо отходим, – ответила, тут же, схватив обоих детей за рубашку, остановила…

Пути назад не было, на протоптанной нами просеке стоял ещё один волк, он оскалился и всем видом показывал, что здесь мы не пройдём.

От страха мои ладони стали липкими, среди ясного дня враз смолкли птицы, поднялся холодный ветер, от которого Сашка и Лена поёжились.

– Значит, идём туда, – произнесла, поворачивая в сторону, почувствовала, как по коже пробежали ледяные мурашки страха, нам снова преградили путь.