Айрис. Изменчивыми тропами

– Кто я…

С трудом сдерживая рыдания, я зажимала рот ладошкой, чтобы нечаянным звуком не привлечь к себе внимание, и, раскачиваясь из стороны в сторону, невидящим взором смотрела перед собой.

Не знаю, сколько прошло времени, после того как я заперлась в этой тёмной комнате. Продолжая беззвучно поскуливать от ужаса, выплакивала странную горечь потери. Пока в дверь не стукнули с такой силой, что от неожиданности я клацнула зубами, чуть не прикусив язык.

– Айрис! Картошка чищенная где? – рявкнули за дверью незнакомым голосом, через секунду чуть тише спросив, – ты там?

– Да, – прохрипела, с трудом поднимаясь.

– Поторапливайся!

– Я мигом, – ответила и заметалась по каморке, гордо названной Бертой комнатой. Метра полтора на четыре, узкая, без единого окна, со скошенным потолком клетушка, в которой стояли кровать и небольшой шкаф, колченогий табурет заменял прикроватную тумбочку, дырявая дорожка у подножия кровати и зеркальце размером с ладонь на стене.

Платье, более-менее чистое, нашла висевшим на плечиках в шкафу. Их было всего два, серое и коричневое. Сшитое из ужасной ткани, длиной до колена, с таким глубоким вырезом, что грудь, того и гляди, вывалится.

Почему я выбрала именно такой фасон – оставалось для меня загадкой, как, впрочем, и всё, что меня сейчас окружает. Странные ощущения и довольно пугающие, когда ты совершенно ничего не помнишь.

– Айрис! – распахнула дверь Берта, злобно прошипев, прерывая мои тягостные мысли, – я тебе сказала комнаты прибрать.

– Сейчас… бегу, – пискнула, не решаясь подойти к разъярённой тётке, испуганно замерла у кровати, – я быстро управлюсь.

– Иди уже и на кухню сразу возвращайся! – всё же толкнула меня Берта, не позволив пройти без её болезненного тычка.

Не глядя на заполненный с утра пораньше зал, где почти за каждым столом, развалившись на лавках, сидели помятого вида мужики и не менее помятые девицы, я практически взлетела на второй этаж и растерянно замерла, не зная, куда идти дальше.

Комнат было по пять с каждой стороны, и две из них освободились, но какие я не спросила. Возвращаться к хозяйке не хотелось, а стучаться в каждую и проверять небезопасно и страшно.