Айрис. Изменчивыми тропами

– Тогда я ему поведаю, как ты часть мяса продала Тирсу, а Луису сказала, что оно испортилось и его выбросили, – проговорила, криво усмехнувшись, чуть громче добавила, – и высчитала с Луиса треть его жалования за испорченные продукты.

– Не докажешь, – хмыкнула тётка, сложив руки на груди.

– И не собиралась, все давно знают, какая ты, – ответила, растягивая слова, – а за обман Луис, думается…

– Ты не посмеешь, – прошипела женщина, – забыла, кто тебя приютил, дал крышу над головой, кормил, одевал?

– И всё это я отработала с лихвой, а теперь отдай, что задолжала, иначе ещё проценты стребую.

– Никому ты не нужна и приблуда твоя тоже, – злобно бросила тётушка Берта, рванув к буфету, – прибежишь, поджав хвост, да места тебе здесь не будет.

– Недосчиталась, – произнесла, едва взглянув на взбешённую, брызжущую слюной бабу, – пять талов не хватает.

– На! – рыкнула та, сунув мне в руки припрятанные в кармане бесформенного халата монеты, – и чтоб тебя со зверёнышем через минуту в трактире не было.

– С радостью, – с усмешкой бросила, нарочито медленно прошла по коридору и, только когда скрылась за углом, припустила бегом. Я не знала, получится у меня или нет, не была уверена, что и мне Берта задолжала. Слушая недовольных Розу и Мальву, я надеялась, что тётка и со мной не рассчиталась. Луис как-то обмолвился, что последние месяцы в трактире совсем плохо стало с выручкой. А мне очень нужны были эти монеты, тех, припрятанных в тайнике, нам с Софи не хватит и на день.

– Айрис, а где…, – осёкся Луис, удивлённо наблюдая, как я маленьким смерчем пронеслась по кухне, скидала в ещё один мешок печёное мясо, пару лепёшек и бутылку молока.

– Ухожу я, хватит! Тётке сообщила, жалование, что она задолжала, забрала, – сказала, подлетев к мужчине, чуть приобняла, всё же неплохим человеком он оказался, и прошептала, – помнишь, Берта с тебя вычла за мясо тухлое?

– Угу, – кивнул Луис, подозрительно сощурив глаза.

– Хорошее мясо было, она его продала Тирсу, а с тебя высчитала.

– Вот гадина, – выругался Луис и разъярённым зверем рванул к тётке.

– Кхм… очень полезно слушать и наблюдать, – хмыкнула, последовав за мужчиной. Смотреть, как Луис будет чихвостить вороватую тётку, я не собиралась и, завернув к своей каморке, торопливо отперла дверь.

– Пора? – спросила Софи, вскакивая с кровати, стоило мне ворваться в комнатку.

– Да, всё готово.