Лиса для Алисы. Красная нить судьбы

 – парень по слогам прочитал имя, написанное на моем беджике, затем его лицо вдруг озарилось шальной улыбкой, он выпрямился и прищелкнул пальцами: – Как у этого… Кэр-ролла?

Говорил незнакомец с заметным акцентом. Хотя бы отчасти я угадала, русский язык для нарушителя – неродной. Глаза у парня были узкие, раскосые. Цвет радужки, насколько я могла судить, для выходца с Востока нетипичный – золотисто-ореховый, янтарный.

– Или у Кэрролла, или у Булычева… – неожиданно для самой себя огрызнулась я. Хотя откуда азиату Булычева знать? Непохоже, что он вырос в России и в детстве зачитывался историями про похождения Алисы Селезневой и ее друзей.

– Так в честь кого тебя назвали? – полюбопытствовал нарушитель.

– Я – просто Алиса. Вернее, Алиса Степановна, – пояснила я, напустив на себя строгий вид.

– А-а-а… – кивнул парень с видом, будто теперь ему и правда все стало понятно. Протянул мне книгу. На обложке было витиевато выведено «Инквизиция в России».

– Да… спасибо, – прижала книгу к груди и быстрым шагом устремилась к выходу из библиотеки.

Охранники оказались весьма удивлены и раздосадованы тем, что мне удалось поймать нарушителя. Полицию все же решили не вызывать, но у Ли Су Хена изъяли читательский билет и его самого внесли в черный список. Не знаю, как звали припозднившегося посетителя на самом деле, но именно это имя значилось у него в документах.

Уже в дверях парень обернулся. Жакет от резкого движения распахнулся, и я смогла наконец рассмотреть рисунок на футболке – это оказалось стилизованное изображение лисицы.

Нарушитель прищурился, его и без того узкие глаза стали похожи на щелочки, и напоследок сказал:

– Нехорошо обманывать.

Мне почему-то стало стыдно.

– Это не от меня зависит. Я простой библиотекарь, – потупившись, тихо сказала я.

По дороге домой все никак не могла отделаться от мыслей о странном посетителе.

Выходные я традиционно собиралась провести дома. Отец опять уехал в командировку, так что квартира оказалась полностью в моем распоряжении. Разумеется, это не означало, что я собиралась закатить вечеринку – шумные компании не любила ни в школьные годы, ни во время учебы в институте.