Лабиринты ночи

– Моя рэйа, я все улажу, – сказал Олиани.

– На Рийну не стоит давить, – подержал эйса Итэрлен, – ей и так нелегко.

– Хорошо, – чуть склонила голову владычица эйсин, – но не медлите слишком. Мне бы не хотелось, чтобы малышка заболела.

И с этими словами рэйа взмыла в воздух, Итэрлен последовал за своей супругой. Невольно я опять залюбовалась – смотрелась пара необычайно гармонично, волшебно. Тонкие грациозные фигуры, развевающиеся на ветру белоснежные одежды и полупрозрачные, какие-то нереальные крылья: у рэйи серебристые, у ее мужа иссиня-черные.

Я зябко передернула плечами. Хайдаш, как же холодно! Вроде и одета тепло, но успела уже промерзнуть до костей. Судя по солнцу, я всего минут пятнадцать-двадцать в этой долине снег топтала, но кажется, прошла вечность. Столько всего произошло, столько изменилось…

– Ты замерзла, – заметил Олиани. – Может, всё-таки дашь руку, доверишься мне?.. Впрочем, если у тебя есть вопросы, на которые ты хочешь услышать ответы прямо сейчас, готов удовлетворить твое любопытство.

Я задумчиво посмотрела на эйса, он буквально излучал терпение и радушие.

– Пожалуй, есть, – повинуясь секундному порыву, сказала я. – Вас никогда не мучила совесть за то, что вы со мной сделали?

– Это решение далось нам тяжелее, чем ты думаешь. Если бы у нас был выбор, мы бы никогда не поступили подобным образом.

– Выбор есть всегда.

– Да, – кивнул Олиани. – Но, во-первых, ты бы тогда не родилась. А во-вторых, Срединный мир тоже просуществовал бы недолго.

– Какое отношение имею я к Срединному миру?

– Никакое и самое что ни есть прямое. Все сложно. Вот так за пару минут не расскажешь.

Опять увертки, отговорки. Нет, от этого эйса я сейчас ничего не добьюсь…

Я вздохнула, сдалась. В конце концов, что бы я ни говорила, выбора у меня на самом деле нет. Останусь здесь – замерзну насмерть. А я хочу жить, очень хочу! Впрочем, умереть мне эйсин, скорее всего, не дадут, схватят в охапку, заколдуют как-нибудь… Как бы мне не хотелось закатить истерику, наброситься на проклятущего эйса с кулаками, сделать хоть что-то вопреки воле эйсин, – сейчас надо уступить.

А еще, как бы ни было тяжело, сначала надо выслушать, что скажут эйсин, и только потом принимать решения.

Протянула эйсу раскрытую ладонь. Олиани взял мою руку, легонько сжал ее в своей.

Мне потребовалось определенное усилие воли, чтобы не отдернуть руку.