Рыцарь Грааля

Marquess) – в раннем Средневековье в Западной Европе должностное лицо в подчинении короля, наделённое широкими административными, военными и судебными полномочиями в марке. На своих территориях маркграфы обладали властью уровня герцога, но во время военных походов маркграфы следовали за герцогским знаменем.] Тулузы, ускакал прочь, плача и слагая на ходу песнь о печальной участи женщины, не встретившей своего защитника и рыцаря.

Когда тебя я увидал

В лохмотьях нищенских,

Душа моя узрела пару крыл

Твоих.

Тебя признать прекрасней всех!

Но был я слаб. Вот тяжкий грех.

Твоим я мог бы стать навек.

Но я всего лишь человек.

И я был слаб!..

В разные времена это стихотворение приписывалось то Луи де Орнольяку, то самому Пейре Видалю. История и автор книги не знают, кто именно из двух этих знаменитых поэтов любви написал данный текст. Но одно можно сказать со всей определенностью. Писано оно было после памятного события – изгнания из общины Агнесс и ее матери, чье имя история не сохранила для нас.

О ТОМ, КАК ОПРЕДЕЛИЛАСЬ НАКОНЕЦ СУДЬБА СЫНА КОЖЕВНИКА – МЕНЕСТРЕЛЯ ПЕЙРЕ

Несколько месяцев после высылки из Тулузы Агнесс Пейре не мог найти себе места. Нет, он по-прежнему любил перепевать на новый лад старые песни и баллады, веселя соседей и друзей. Как и прежде, он хорошо одевался и безукоризненно следил за своей внешностью, точно ждал, что в любой момент за ним могут прислать из какого-нибудь замка.

Тем не менее в характере Пейре появилась какая-то неуловимая грусть, а в манерах – тонкость, словно он был воспитан не в ремесленном квартале в семье кожевника, а на самом деле являлся принцем крови, по странной прихоти судьбы оказавшимся в этом месте и в это время.

Пейре писал, одну за другой, любовные песни, адресованные даме его сердца, черноволосой Агнесс, которая в его произведениях представлялась то прекрасной властительницей ночи, то светлым ангелом дня. Он творил запойно и страстно, точно впервые допущенный до ложа возлюбленной любовник, который никак не может насладиться выпавшим ему счастьем, сжимая, лаская, целуя, проникая и тут же снова осыпая любимую поцелуями и нежными благодарными словами.

Правда, постепенно среди его песен любви нет-нет да и начали попадаться женские образы, прекрасные черты которых ничем не напоминали несчастную Агнесс. Каждый день, слушая новые творения Пейре, де Орнольяк только улыбался, потягивая винцо и вспоминая другие стихи, другие песни, других дам.