Труп на английской лужайке

Ну не привыкла она жить в музее! Каково было бы вам просыпаться в Эрмитаже? Количество ценных экспонатов тоже не уступало его собранию. Поэтому путь в столовую занимал у Юли, как правило, не меньше часа, она то и дело застревала возле каких-нибудь полотен или скульптур, а уж если направиться в столовую новым маршрутом, так и вовсе вместо завтрака доберешься туда к обеду.

Дворец был огромным, порядка четырехсот пятидесяти помещений. В поместье имелся внушительный штат обслуживающего персонала. Помимо обычного набора прислуги – горничных, лакеев, экономок, имелась отдельная команда, следящая за текстилем (портьеры, покрывала, балдахины), команда столяров, человек, отвечающий за завод часов, каменщик, пара землекопов, библиотекарь, хранитель коллекции и много кто еще.

При этом во дворце протекала обычная повседневная жизнь небольшого, но дружного семейства Апон-Тайнов, а также не переводились гости. Сегодня к обеду ожидалась еще какая-то компания. Юлия не очень вникала, кого именно ждут, поскольку встретить здесь знакомых все равно не рассчитывала.

– Дайсон, – обратилась Виктория к дворецкому, прочитав только что поданную ей записку, – распорядитесь приготовить комнату для леди и лорда Грейсток. Шарлотта приезжает завтра к ужину, – пояснила она для остальных.

Судя по кислому лицу Адама, известие его не обрадовало. Адам, маркиз Апон-Тайн, был тихим, невзрачным человеком, редко участвующим в общих беседах, вечно погруженным в себя, и являющим полную противоположность своей супруге. Он был какой-то нечеткий, словно размытый.

– Да ладно, Адам, они наверняка ненадолго! Максимум на недельку. К тому же у Шарлотты бывает очень напряженная программа. Благотворительные заседания, посещение ближайших приходов, приютов, – подбодрил сына Ник.

– Если она в этот раз снова возьмется за викария, нас отлучат от церкви.

– Стив, вы давно с ней не виделись? – в голосе маркиза проснулась робкая надежда, когда он обратился к их американскому гостю.

– Как сказать? – задумчиво проговорил Стив, словно прикидывая, как считать: по количеству прошедшего календарного времени или по приятному осадку, оставленному последней встречей.

– Вижу, вы соскучились по троюродной тетушке! – оживился Адам.