Проклятие Пиковой дамы

Собралось много важных гостей. Премьера прошла с большим успехом, после спектакля был назначен банкет…

– Все это нам уже известно, переходите непосредственно к делу, – сухо прервал ее следователь.

– Гм! – дернула плечиком Зина. – Уж куда ближе. Все уже собрались, стали поднимать тосты, а Ани все нет.

– Кого?

– Анны Петровны Щербатовой. Убитой, – чуть не по слогам, как для тупого, повторила артистка. Тоже мне, фифа.

– Дальше.

– Я вызвалась за ней сходить.

– Почему вы?

– Ну, мы подруги, и вообще… Директор попросил, я и пошла.

– Ясно. Дальше.

– А дальше я пришла, постучала, открыла дверь, а там Аня. Вся синяя, глаза навыкате, цветы по полу рассыпаны. Я закричала. Сперва уборщица прибежала, потом рабочий сцены, а затем уже все остальные. Что было дальше, не знаю, меня увели в дирекцию валерьянкой поить.

– Когда вы шли в грим-уборную, ничего странного не заметили? Может, встретили кого?

– Нет.

– А в самой гримуборной было что-то необычное?

– Кроме мертвой Ани? – иронично уточнила артистка.

– Ладно. Кто, по-вашему, мог это сделать?

Тут дверь в кабинет открылась, и в нее ужом проскользнул сотрудник милиции, что-то пошептав следователю на ухо, так же бесшумно удалился.

– Так что вы думаете? – повторил свой вопрос Афанасий Степанович.

– Откуда мне знать? Я все это время на банкете была.

– А кто из присутствующих отлучался с банкета?

– Откуда же мне знать? Видели, сколько там народу? Да я половину и знать не знаю, и все они ходили, двигались, толкались туда-сюда.

– А в каких отношениях убитая состояла с Вадимом Яузовым? – прищурив глаза, резко спросил Афанасий Степанович.

– С Яузовым? В нормальных, – пожала равнодушно плечами Зина. Плечи ее сегодня были оголены, а шея украшена ниткой жемчуга. Наследство, доставшееся от мужниной прабабки.

– А вот, по моим сведениям, у Щербатовой с Яузовым был роман. – Сделал ход конем Афанасий Степанович.

– Да? И кто вам наболтал такую глупость?

– Эти сведения нам сообщила артистка Леденева.

– Мм. А артистка Леденева не сообщила, что она ненавидела Аню, мечтала занять ее место. Спала с заместителем директора в надежде, что тот снимет Аню с премьерного спектакля и отдаст ее партию Леденевой. И, кстати, об этом знает весь театр.