Проклятие Пиковой дамы

– Кто такая?

– Его пассия. Моя дублерша, во втором составе поет. Без году неделя в театре, а уже метит премьеру петь! Интриганка!

– Ну, что тебе волноваться? Ты же у нас звезда, тебя весь город знает.

– Знает. Только этот Бельский – такая хитрая бестия, к тому же у Леденевой голос.

– У тебя тоже голос.

– Не знаю. Он бегает по театру и на всех углах кричит, что пора смелее молодежь выдвигать и что у меня и без того слишком большая нагрузка, – вздохнула Анна Петровна, натягивая перчатку. – Ну, спасибо, что подвезла.

– До встречи на премьере, и не вешай нос. В конце концов, твой Николай может этого Бельского вызвать на дуэль, и дело с концом, – легкомысленно усмехнулась Капочка. У нее не было проблем по службе, она никогда нигде не работала.

– Добрый день, Анна Петровна.

– Добрый день, Игорь Константинович.

– Добрый день.

– Желаю здравствовать.

– Приветствую, Анна Петровна.

– Добрый день, Юрий Леонидович.

– Анька, пляши! – заглядывая к Анне Петровне в гримерку, заговорщицким шепотом проговорила ее подруга Зина Барышева и, прикрыв за собой плотно дверь, сообщила: – Анька, Бельского сегодня ночью с приступом гнойного аппендицита «Неотложка» в больницу увезла! Уже прооперировали, сейчас в реанимации лежит!

– Да ты что? – ужаснулась Анна Петровна.

– Нет, конечно. – отмахнулась Зина. – Я вообще не про то! Леденева, как узнала, тут же к нему в больницу понеслась! Да ее не пустили, к тому же там жена дежурит! В общем, до субботы он с койки точно не встанет! Леденева с кислой миной в театр вернулась, сейчас у себя в гримерке сидит, слезы льет, а тебе плясать надо! Премьера твоя! – И Зина, чмокнув подругу в щеку, упорхнула.

«Какой сегодня удивительно везучий день, – пряча улыбку, размышляла Анна Петровна, спеша на сцену. – И Коля приезжал, и подарок. И в театр не опоздала, и Бельский в больницу слег. Все одно к одному!»

– Анна Петровна, вы сегодня необычайно хороши, просто глаз не оторвать, – шепнул ей на ушко Герман – Вадим Яузов, ловелас и пижон, лучший драматический тенор театра.

– Спасибо, Вадим Григорьевич, – прохладно улыбнулась ему Анна Петровна.

– Итак, товарищи! Все готовы? – окликнул их из зала режиссер. – Соберитесь, мои дорогие, до премьеры считаные дни, завтра прогон. Георгий Иванович, будьте любезны, вторая картина, Лиза и Герман.