Свадьба по-английски

Бредфорды, чинные и благородные

Леди Бредфорд стояла у окна гостиной спиной к собравшимся и смотрела на пустынные садовые аллеи. Пастельные краски позолоченного закатного неба нисколько не трогали ее душу, так же как и замысловатые узоры, созданные на клумбах местным садовником. Она судорожно соображала, как ей теперь выкрутиться. Еще утром она была уверена, что сможет достать у Эстер необходимую сумму. Но все пошло не так. Она до сих пор вспыхивает от негодования, вспоминая их утренний разговор. А потом это.

..

Ах, какая катастрофа! Как все ужасно! Ужасно несправедливо! Бедный мальчик. Неужели ничего не удастся придумать? И леди Кэролайн, обернувшись, взглянула на своего сына. «Бедный мальчик» смаковал, стоя у камина, очередную порцию бренди.

– Чарльз, дорогой, тебе не кажется, что уже довольно? – обратилась она к высокому загорелому парню с каштановыми густыми волосами и спортивной, прокачанной фигурой.

– Расслабься, ма. У Джорджа водится неплохое бренди, когда мне еще доведется полакомиться.

У нас такого не бывает.

– Из-за камина раздалось неразборчивое одобрительное кряхтение. Чувствовалось, что лорд Бредфорд разделяет мнение сына.

В свои двадцать три года сын леди Бредфорд Чарльз Ньюпорт, Виконт Ирвин, был законченным бездельником. С грехом пополам ему удалось окончить Кардиффский университет, и то лишь благодаря своим успехам в теннисе и нескольким выигранным им регатам. Степень магистра по связям с общественностью, возможно, и помогала ему на светских тусовках, но никакого практического применения своим знаниям этот шалопай так и не нашел и, кажется, искать не собирался.

Он прекрасно чувствовал себя, сидя на шее у родителей, бесконечно влезал в долги, не особо задумываясь, как их отдавать. Поскольку задумывалась об этом обычно мамочка. Она вечно искала деньги, выкручивалась, изворачивалась, рыдала, но доставала необходимые этому баловню суммы. При этом Чарльз был славным, добрым малым, веселым, благодушным, компанейским. Остроумный, легкий, отзывчивый. Мотылек, порхающий среди радостей жизни, безобидный и бесполезный.

И вот это дитятко продуло в карты почти десять тысяч фунтов. Сумма для семьи немалая. Не отдать было невозможно. Этот несчастный выписал долговую расписку, ее пустили в дело, ибо играл он не с одним из своих желторотых приятелей, а с людьми, которые шутить не привыкли. Срок выплаты истекает через неделю. Эстер была их последней надеждой.