Божья кара

Ты меня поняла?

– Да, – пугливо пискнула Женька и отключилась. Рубикон был перейден, мосты сожжены.

Глава 5

– Вы с телевидения? – подозрительно осмотрела Женю крупная, неряшливо одетая женщина неопределенных лет, с немытой головой и двумя золотыми зубами.

– Да. Евгения Потапова. Мы с вами разговаривали, – по-деловому протягивая руку, представилась Женя. – Со мной оператор, вы позволите снять квартиру, возможно, визуальный ряд понадобится для эфира.

– А это бесплатно? – настороженно спросила женщина, то и дело оглядываясь в глубь квартиры.

– Разумеется. Это репортерское задание, никаких денег мы с вас не возьмем, – заверила ее Женя.

– Я думала, вы нам заплатите, – разочарованно буркнула женщина, пропуская Женю с оператором в квартиру. – Анька квартиру в кредит брала, нам сейчас деньги не помешают.

– Вы хотите выплатить остаток кредита? – с удивлением спросила Женя.

– Нет, конечно. Просто риелтор сказала, если мы сами его покроем, квартира быстрее и дороже продастся. А где нам такие деньги найти? К тому же еще квартплату полгода платить придется, пока наследство не оформят.

Женя шла за Аниной матерью в комнату и удивлялась, что женщина еще ни разу ни слова не сказала о самой Ане, только о наследстве.

– Вот, садитесь. Это моя младшая дочь Лиля. Она со мной на похороны приехала. У нее ребенок в Ярославле с отцом и второй бабкой остался, – пояснила Анина мама таким тоном, словно у Лили ребенок остался не в Ярославле с отцом, а в оккупированной зоне один-одинешенек.

Женя рассматривала Анину сестру. Девушке на глаз было лет двадцать пять. Лиля была полненькой, невысокого роста, черты ее лица были мельче, чем у Ани, но жестче, выражением глаз и манерами она неуловимо походила на свою мать.

– Вы с нотариусом посоветуйтесь. Может, он что-нибудь подскажет, – сказала Женя, стараясь подавить непроизвольную антипатию, возникшую у нее по отношению к Аниным родственницам.

– Пусть снимает, – пожала плечами Лиля. – А о чем говорить, мы не знаем. Анька сама по себе жила. С нами почти не общалась, в отпуск на море ездила. В Ярославле лет пять не была. Даже на свадьбу ко мне не приехала. Сказала, конец квартала, с работы не отпускают! – поделилась давней обидой Лиля.

– Да, уж. Больно большой шишкой стала. Семью совсем забыла, – покачала головой мать.