Анонс для киллера

– Никто тебя былых заслуг и не лишает, – мгновенно успокаиваясь, произнес Трупп. – Я тебе про день сегодняшний толкую. И вообще, я по делу звоню, – деловитым, собранным, напрочь лишенным недавних клокочущих эмоций тоном, как ни в чем не бывало, продолжил Трупп. – Тебя тут второй день подряд спонсоры ищут, хотят интересный проект предложить. Причем, заметь, именно тебе, и обрати внимание, я лично их выбор целиком и полностью поддержал.

– А что за проект? – заинтересовалась Женя, услыхав волшебное для каждого сотрудника их телеканала слово «спонсоры».

– А вот явишься на работу и все узнаешь, – бросил ей в ответ зловредный Трупп и повесил трубку.

Пришлось тащиться на работу.

Хотя, говоря по совести, ехать туда Женя и так собиралась. Все же, как бы ни надрывалась за двоих Маринка Похлебкина, принимать решения по собранным ею материалам, подготовленным интервью и спискам гостей придется Жене, и отвечать за решения тоже ей. Пришлось дело Олега Кайданова на время отложить.

– Вот, Тенгиз Карпович, материалы по ближайшей передаче.

– Тобою подготовленные, – едва заметно приподняв широкую косматую бровь, с чуть заметной иронией отметил Трупп.

– Вы намекаете, что вами? – прикинулась дурочкой Женя, привыкшая не пасовать перед начальством.

Трупп лишь укоризненно взглянул на нее поверх очков:

– Итак, Потапова. Спонсоры хотят, чтобы ты снялась в рекламном ролике их продукта. Естественно, не бесплатно, – отодвигая ее папку, произнес Тенгиз Карпович.

– Сколько? – забыв о приличиях, быстро спросила Женя, наваливаясь грудью на стол.

«Вот она халтура! Вот они денежки!» – радовалась она, только что ладошки не потирала.

– И это все, что тебя волнует? – с укоризной спросил Тенгиз Карпович.

– А что? – насторожилась Женька. Обычно Тенгиза Карповича и самого, кроме денег, ничто другое не тревожило. В чем подвох?

– Ничего, Потапова, кроме того, что рекламный ролик будет крутиться на всех ведущих каналах, а следовательно, служить дополнительной рекламой нашей с тобой телевизионной продукции, – наставительно произнес Трупп.

– И что тут плохого? – все еще настороженно уточнила Женька.

– Плохо, Потапова, что ты в первую очередь о своей мошне печешься, а не об общих нуждах и интересах, – едва не прослезившись, пояснил Трупп, в котором проснулись его эмоциональные украинские предки.

– Ясно, – кивнула Женя, успокаиваясь.