Криокапсула

С каждым случайным образом в голове белое пространство комкалось в цветастый комок, очевидно, представляя собой помеху.

– Здравствуйте, мистер Норовский, – появился женский голос отовсюду.

Норовский завертел головой, осознавая всю бессмысленность своего действия.

– Сконцентрируйтесь на поверхности, – сказала ему система.

Норовский представил, что под его ногами что-то есть, и поверхность в самом деле возникла, правда, пока такая же белая как все вокруг.

– Хорошо, теперь объекты и текстура, – помогала ему система, – какое освещение?

Александр вынул из памяти первое попавшееся воспоминание и мысленно описал его.

– Принято, начинается процесс модуляции, – ответила система, и белое пространство вокруг зашевелилось, собираясь в кучи и снова рассеиваясь на более мелкие объекты.

Под ногами Норовского начал появляться зеленый цвет, волной прокатываясь по всей поверхности, на которой он стоял, а по сторонам расползались голубые и розовато-лиловые краски. Немного желтого в кучу на горизонте, и Александр начал узнавать появляющийся пейзаж.

Высокая трава стелилась у его ног, доставая почти до колен, заканчиваясь лишь на горизонте, где голубое небо сливалось с уходящим солнцем в нежно-лиловых облаках, стекая к краю Земли алым. Шелест деревьев и размеренный шум ветрогенераторов чуть поодаль. Крики птиц и возня насекомых в траве. Какой-то жук прыгнул на руку опешившему Александру. С настоящей неприязнью мужчина сбросил с себя насекомое и огляделся по сторонам.

Александру снова было пятнадцать, и он в одиночку ушел исследовать поля за пять километров от дачных участков. Когда он вернется, родители отругают его и заберут компьютер, но сейчас он счастлив. Он один, такой маленький среди этого бескрайнего поля и бесконечного неба.

Норовский прошелся и потрогал траву. Она отрывалась и пахла как настоящая. На мгновение ему показалось, что вся его жизнь – это какой-то сон, а он так ещё и не вернулся тогда с поляны.

Неожиданно все стало меркнуть. Пришла пора возвращаться. Норовский с тоской встретил черное пространство, которые затем прояснилось в реальность.

В его восприятии все смешалось, и настоящая реальность казалась смоделированной, ведь только что он был в полях. Многие другие возвращающиеся криопациенты тоже несколько мгновений пребывали в непонимании. Но в итоге все начало проясняться и перерастать в изумление.