Азиатская сказка, или Мои приключения в Таиланде

Мстительный взгляд и, главное, предгрозовая лидкина бровь были мне слишком знакомы: за ними всегда следовала физическая атака на обидчика.

– Лид, обещай, что они останутся живы-здоровы! ? на всякий случай попросила я.

– Живы ? конечно: у нас же отпуск… А здоровы… Предполагаю, что твой успеет обделаться раньше, чем в Таиланд прилетит… ? угрожающе закончила она.

– Обделаться?! ? переспросила я.

– Тайского рома хлебнет, пивком запьет ? и здравствуй, страна слонов и китайского караоке! И прощай, новая любовь.

Идем регистрироваться. Твой козел со своей… уже дальше потопали. Если захочешь, он тебя даже не увидит, ? тараторила Лидка.

– Затеряется в тропиках, ящерица зеленая… Ума нет ? во влажные тропики напялить такое платье… ? вторя подруге, съязвила я.

– И я говорю: ящерица зеленая ? длинная, вертлявая, просто тьфу! Видно, ослабел Ромик, на тощеньких потянуло. С крепенькими, как ты, уже не справляется… ? продолжала ехидничать Лидка.

– Интересны происки судьбы: на один рейс в Таиланд… ? заметила я.

– «Происки судьбы» зовутся Шуриком: он, видно, всех знакомых в городе обзвонил и горящие туры втюхал. И хорошо! Чую нутром своим: этот отпуск мы на всю жизнь запомним! А мое нутро еще никогда не подводило… ? многозначительно закончила чревовещательница.

Мы спокойно прошли регистрацию, пробежались по дьюти-фри и удобно расположились в салоне самолета. Волею судьбы моего бывшего мужа с его новой пассией посадили за три ряда перед нами.

Меня он не увидел, а вот Лидка, как мне кажется, где-то нарочно ему уже подставилась.

– Занервничал Ромик, ? удовлетворенно шепнула мне подруга. ? Он у тебя всегда зашуганным был. И сейчас проявилась сущность нытика. Помнишь, как завывал, когда у него воспаление легких было?

– Когда решил вести здоровый образ жизни? ? вспомнила я.

Еще бы не помнить свою последнюю надежду сохранить семью! Однажды поутру, очнувшись после очередной разгульной недели, Ромик клятвенно обещал мне, что начинает новую жизнь: бросает бухать, закаляется по Порфирию Иванову… И начал: утренние пробежки, обливания холодной водой, тертая морковка на завтрак, стакан кефира на ужин… На третье утро новой жизни он решился пройтись босиком по снегу, а уже к середине дня лежал в кровати с высоченной температурой и прощался с жизнью.

Тогда-то Лидка, опытная клиническая медсестра, по моей слезной просьбе приезжала вечерами ставить уколы в его задницу.