Ольга. Снег и розы

 – Стела села на раздолбаный табурет и достала из заветной коробочки папироску, на сей раз выкрашенную в желтый цвет, видимо в тон к будущей юбке, закурила и приготовилась слушать. Ольга вкратце обрисовала проблему.

– Кто клиент? – Закономерно спросила Стела. Вот тут Ольга растерялась. Кирилл, не сказал можно ли открыть карты. Ну, раз не сказал, значит, откроем, и Стеле была выдана вся информация. Надо было видеть, как загорелись глаза посредницы. Она то знала, что такое выгодный клиент, поэтому сразу собралась и сказала:

– С Кириллом, я сама буду иметь дело.

Ольга достала визитку и позвонила Кириллу, трубку взял он сам.

– Кирилл я поговорила с женщиной, которая является посредником в вашей проблеме. Она хочет иметь дело непосредственно с Вами.

– Передайте ей трубку, – ответил Кирилл, Ольга протянула трубку Стеле. Та закатила глаза, затянулась своей папироской и с важным видом взяла трубку:

– Здравствуйте Кирилл. Мне ваша проблема ясна. Завтра я встречусь с человеком, который вам поможет. Как вы завтра работаете? Я зайду к вам на работу и за чашечкой кофе мы все с вами решим.

Переговоры состоялись на следующий день, за специально накрытым кофейным столиком. Хохот, который раздавался из подсобных помещений, пришлось заглушать фонограммой.

Февраль в Сибири, не самый теплый месяц в году, 1981 год не был исключением. Морозы лютовали, зима давала понять, что отступать не собирается.

У Ольги было ощущение, что она не согреется никогда. Холодно было в институте, на лекциях, на работе, дома.

Холодно в душе. В один из длинных февральских вечеров в дверь раздался звонок.

Ольга пошла открывать. На пороге стоял Сергей. Они познакомились на летней практике на мясокомбинате, куда администрация медицинского института нещадно загоняла своих студентов, видимо для закрепления знаний по анатомии и оперативной хирургии.

Сергей учился на стоматологическом факультете и был «темной лошадкой». Внешность у него была незаметная, какая-то чересчур интеллигентная. Рост средний, волос русый, всегда в очках и всегда с «голливудской улыбкой» на лице.

Подруга Сонька называла ее « идиотской». Возможно, она была права. В любую погоду Сергей ходил в ободранной кожаной курточке, доставшейся ему, похоже, от деда – чекиста и с таким же ободранным кожаным дипломатом с номерными замками. Кличка у него была «Рокфеллер» и деньги у него действительно водились.

– Проходи, – Ольга равнодушно пригласила его. Он снял свою вечную курточку и прошел в комнату.