Темный мир, или Рабыня для демона

Нужно срочно открыть портал, – Виктор был напряжен до предела, о чем говорил его голос – раздраженный, нервный и злой.

– Портал? Но на это может потребоваться целая уйма времени, Господин. Здесь дела с магией обстоят намного хуже, чем в Темном мире, – произнес Гайхо, не скрывая своего волнения.

– У тебя есть максимум три дня, чтобы собрать всех и открыть портал, – довольно жестко произнес Виктор.

– Три дня? Так мало? Но к чему такая спешка? – не понял мужчина.

– У него моя дочь, Гайхо. Он пришел за ней. Убил мою жену и забрал Снежинку в Темный мир, в свои владения.

– Что? – вмиг осипшим голосом спросил мужчина. – Он забрал Снежинку? Но она же…

– Да! – грубо перебил его Господин.

Немного помолчав, Гайхо решительно произнес:

– Все будет сделано в самые кратчайшие сроки, Господин Виктэйрион.

– Я надеюсь на тебя, – ответил Виктор и сбросил вызов.

Теперь решительность и непоколебимая уверенность сквозили в его взгляде.

– Ирина, девочка моя, не бойся, я приду за тобой.

Он с такой силой сжал свой сотовый, что тот рассыпался на мелкие детальки. Стряхнув их с руки, он прошептал:

– Я вытащу тебя из когтей Повелителя Темного мира, Снежинка. Моя маленькая девочка, мой Снежный Демон.

Глава 2

В эту темную материю портала, созданного Повелителем, я шагнула с закрытыми глазами, поэтому вздрогнула, когда мужчина обратился ко мне:

– Открой глаза, эсха, ты должна осознать, где сейчас находишься.

Я совершенно не почувствовала, как мы переместились, но и открывать заплаканные глаза не хотелось. Было плохо и больно. Этот монстр в человеческом обличье убил мою маму. Мама… мамочка моя…родная, единственная и любимая… Слёзы тоненьким ручейком выступили из уголков моих глаз и покатились по лицу, срываясь и падая вниз.

– Хватит лить слезы, это тебе не поможет! – зло произнес мужчина. – Открой глаза, эсха, иначе пожалеешь, что не подчинилась моему приказу.

Но я не могла, просто не могла этого сделать. Страх сковал моё сердце, не давая не только глаза открыть, но и вздохнуть свободно. Было жутко от того, как он произнес последнюю фразу.

– Что ж, ты сама так пожелала, – уже более ровным и, вроде, даже безразличным голосом произнес Повелитель.