Тайна Кутузовского проспекта

– С письмом Савушкина ознакомиться не желаете?

– Покажите.

– Хорошо. После того как вы мне ответите: перед походом сюда, ко мне, вы Виктору Павловичу, оперуполномоченному, у которого состоите на связи, звонили? Он вам посоветовал прийти ко мне?

– К сожалению, он в отпуске…

– Кому еще звонили?

– Никому.

– Читайте, – Костенко протянул Бакаренко письмо Савушкина, переданное ему особистом Ромашовым.

Тот словно бы обсматривал каждое слово, лицо закаменело еще больше, но когда дошел до фразы «в суде подтвердить правильность моих слов могут Граевский Роман Иосифович, он меня отхаживал в камере после допросов, и персональный пенсионер, ветеран КПСС Григорий Сергеевич.

Выпив алчущими, но при этом медленными глотками, письмо вернул…

– Где гарантии, что, если я вам стану отвечать, это письмо не попадет в комиссию по реабилитации?

– Попроситесь в больницу, – Костенко усмехнулся, – с сердцем плохо… Больных не судят… А партбилет и погоны у вас и так отобрали, чего же бояться-то?

По этому делу ты не пойдешь, ты по Зое пойдешь, подумал Костенко, да и Савушкину уж не поможешь – три месяца как на Ваганьковском…

– Хорошо, – медленно ответил Бакаренко.

– Федорова отвечала на все ваши вопросы без принуждения?

– Без принуждения.

– Вы сказали, что ее вам передали… Кто?

– Помощник това… простите, Абакумова вызвал меня и Либачева… Сказал, что Зоя Федорова призналась в шпионаже в пользу американской разведки и в подготовке терактов против тов… против Сталина… Дал нам папку с записями ее разговоров с этим самым американским капитаном… Вот и все…

Костенко покачал головой:

– Не сходится, Иван Львович… Вы бы за шпионку «Красное Знамя» получили… А у вас только Звездочка… И в постановлении Особого совещания ее в шпионаже не обвинили… Лишь разговоры с целью ослабления, подрыва и свержения советской власти… Свидетелей практически не было, только данные, собранные на капитана Тэйта…

– Моя заслуга, что ее под шпионаж не подвели, ну меня и отблагодарили за это… Всю жизнь партии отдал, а сделал доброе дело – выставили из рядов…

– Как же вы рискнули? Против самого министра государственной безопасности восстали?

– А не надо изо всех, кто тогда правил державой, делать недоумков.