Мы – феномен. Под тяжестью неоновых небес

— В Норвегию? Но, зачем?

— Будто тебе это неизвестно! — на самом деле, я могла лишь догадываться о участи Оливии во всём этом.

— Что именно, по-твоему, мне должно быть известно? — теперь её лицо исказила гримаса страха. — Джулс, что-то произошло, да? Что-то с Вэйландом, или Алексом?

— Нет Лив! Что-то с Эриком!

— Эриком?

— Перестань повторять фразы — это раздражает! И, да. Именно с Эриком. Ты знала, что он работает на иллюстратов?

— Эрик Лэнг? Этот демон из «Чистилища»? — сравнение было как раз к месту.

— Ты, действительно об этом ничего не знала?

— Джулс, ты думаешь, я стала бы скрывать подобное от тебя? Да и вообще, я бы вряд ли такое допустила.

Действительно, зная Оливию и её характер она не приняла бы такое решение, а тем более спокойно.

— Дело в том, Лив, что Алекс знал, но скрыл это от меня и от тебя, как оказывается, тоже.

— Это он тебе сказал?

— Кое-кто, другой. — я почувствовала, как к щекам приливает румянец. — Мне сказал об этом сам виновник торжества. Эрик приходил сегодня и рассказал мне… рассказал мне… всё…

— Эрик Лэнг был здесь? — глаза Оливии округлились и в них запылал сам ад. — И ты поверила ему? Он приходил только затем, чтобы сообщить тебе последние новости «Illustratio»? Или какова была истинная цель его визита?

Конечно, Оливия заподозрила скрытый подтекст. Ну а как по-другому, ведь моя блондинистая невестка была первая в моём списке по проницательности, хотя Алексу всё-таки удалось провести и её.

— Как оказалось, новость уже успела прорости мхом. — пытаясь отвлечь Лив от главной темы и не проговорится о наших с Эриком страстных поцелуях, я перевела разговор в иное русло.

— В каком, это смысле?

— Он уже почти три года работает на корпорацию. Улавливаешь связь?

— Нет, не улавливаю. Поясни. — было видно, как Оливия пылала злостью, и я её в этом целиком и полностью поддерживала.

— Как ты думаешь, можно считать совпадением тот факт, что мы с Алексом переехали в Богору, как раз в то время, когда Эрик Лэнг пришел в «Illustratio»?

Наконец-то Оливия начала понимать, её глаза поникли, теперь в них читалось разочарование. Конечно это её задевало, ведь она была честна с Алексом больше ста лет.