Королевство Евы

Газета выходит на острове и бывает только в паре…

– Вы должны это удалить. Эту заметку с вашего чертового сайта, – оборвала ее Софи и смахнула газету на пол одним резким движением. – Срать на эти бумажки, с которыми вы носитесь. Но на сайте обо мне не должно быть ни слова. Тебе понятно? – отрезала она металлическим тоном.

– Понятно, – кивнула Лора. Ее лицо пылало и она с трудом заставила себя поднять взгляд. – Прости, я…

– Насрать, – выплюнула Софи, делая пару шагов к двери. Потом обернулась. – И откуда ты узнала мою чертову фамилию?

– Это… это не я.

Наверное, редакция спросила у Нортон, – предположила Лора. У Сары были свои способы находить информацию. Она жила на острове пятьдесят один год и знала здесь абсолютно каждого. И к каждому умела найти подход. Может и с Нортон успела поладить?

– Чертовы шерлоки, – Софи вышла, с грохотом захлопнув за собой дверь. Лора тут же вскочила и бросилась к окну. Она слегка опасалась, что взбешенная Софи что-нибудь сделает с ее машиной. Но та подняла с газона красный велосипед и уехала.

В офисе стало совершенно тихо. Сделав несколько вздохов, Лора вышла в коридор и переступила порог редакции. Дверь была не заперта. Сара тоже стояла у окна и смотрела в ее сторону. По ее напряженному лицу, Лора поняла, что редакторка слышала каждое слово. Впрочем, Софи так кричала, что их могли слышать и на улице.

– Нужно удалить заметку, – произнесла Лора, прижимая ладони к пылающим щекам.

Сара кивнула. Она была высокой и тонкой, как спица, с серыми выпуклыми глазами и седым ежиком коротко обрезанных волос.

С тонких губ широкого рта почти не сходила улыбка. Но сейчас Сара была серьезна.

– Городская хамка, – произнесла она, усаживаясь за свой стол. Лора покачала головой.

– Удалишь? Не хочу, чтобы она снова примчалась.

Она не стала говорить, что заметка с самого начала была дурной идеей. Ей стоило подумать об этом прежде, чем соглашаться на предложение Сары ее составить.

– Конечно, считай, уже удалила. Сделать тебе чаю, милая?

Лора вздохнула и снова потрогала раскрасневшееся лицо.

К вечеру об этой сцене будет знать весь город. К завтрашнему дню она обрастет такими подробностями, что представить тошно.

– Нет. Я прогуляюсь.

Она убрала в стол заметки, выбросила измятую газету, тщательно закрыла форточку, чтобы не распахнуло ветром. Набросила поверх свитера бежевый непромокаемый плащ, надела шляпу. К этому моменту она почти совсем успокоилась. Все вернулось в рамки привычного.