Что есть душа?

И в завершении алхимик достал нож средних размеров, лезвие этого ножа было алого цвета и как будто прозрачное.

– Интересный нож. – Заметил Демиан.

– Да. – Согласился Маркури. – Лезвие я создавал несколько лет. Для него потребовалось огромное количество редчайших ингредиентов, но зато этот нож может разрезать все что угодно.

– Впечатляет.

– Ладно, хватит болтать, нака лучше выпей это. – Алхимик поставил на стол небольшую бутылочку с красноватой жидкостью.

– А что это? – Спросил Демиан, взяв бутылку и внимательно изучив взглядом ее содержимое.

– А это друг мой, «Последний Закат», самое крепкое вино которое когда-либо создавалось. Говорят, эльфы готовят его на самом востоке своей вечной империи, а всего пара стаканов этого вина могут свалить с ног самого крепкого гнома. Так что друг мой, делай пару глотков, и мы приступим.

– Безымянный палец левой руки Маркури. – Напомнил Демиан, поднося ко рту бутылку. Раз глоток, два, три. Он поставил сосуд на стол.

– Ну как? – Спросил алхимик.

– Довольно приятное, я бы и не сказал, что оно настолько крепкое.

– Тогда сделай еще пару глотков. – Алхимик усмехнулся.

– Спасибо. Эльфийские вина довольно дороги, когда еще смогу попробовать. – Демиан сделал еще пару глотков, и перед глазами у него все поплыло. Он поставил бутылку на стол и попытался сохранить равновесие, но у него это не получилось. Маркури забрал бутыль со стола и на это место тут же рухнул Демиан.

– Не беспокойся. – Тихо сказал алхимик.

Через пару часов Демиан открыл глаза. Он лежал на кровати алхимика, а около него сидела Эвелина и держала его за руку. Заметив, что он проснулся, девочка улыбнулась и протянула ему стакан с зеленоватой жидкостью.

– Вот, выпей. Это поможет унять боль и прогонит головную боль.

– Спасибо, но я не чувствую боли. – Но после этих слов боль накатила в области руки неприятной горячей волной. Демиан поморщился и принял стакан из рук девочки.

– Как твоя рука? – Тихо поинтересовалась девочка, покосившись на его руку.

Он тоже опустил взгляд на свою кисть. От безымянного пальца левой руки осталась одна фаланга вместо трех. Но рана на месте отсечения уже затягивалась.

– Когда твой друг позвал меня помочь перенести тебя на кровать, я увидела, что у тебя нет пальца, и мне стало так страшно.