Ловушка Голда

До этого Карла крепко обнимала меня, и я поймала аромат ванили.

Джим ничего не говорил, и мне становилось еще тяжелее сидеть на месте. Я ерзала, в горле было сухо. Забрала у Тима стакан с водой и осушила полностью.

– Вот это тяга к питью, – Ева пыталась меня задеть. Она говорила очень саркастично и постоянно сверкала зубами. Или клыками? Она же змея. Ева точно намекала про начало марта, про Весенний бал. Джим впервые посмотрел на меня. И я увидела в его глазах грусть. Мое сердце больно кольнуло.

– Ну, так куда вы собираетесь поступать? – Элиза вдруг отвлеклась от поцелуя и присоединилась к обсуждению разговора, который обычно бывал летом у бывших одиннадцатиклассников.

Снова ужасная тема. Ведь я была уверена, что буду подавать документы в институты вместе с друзьями. Хотела поступить на режиссуру. Сейчас Ева начнет подкалывать меня. Хотелось порвать корсет и расцарапать ее большую грудь.

– Я уже поступила на Нефтегазовое дело. Нужно было лишь заплатить за первый семестр, – сказав это, Ева посмотрела на меня.

– А я еще жду ответ с педагогического. Там был конкурс сочинений, результаты не вывешены. Надеюсь, что поступлю на бюджет, – Карла виртуозно перевела взгляд Евы на себя.

– Джим, кстати, собирается закончить юридический. Будет самым красивым юристом. Дело уже выиграно, я считаю, – Ева взяла его за руку. На этом моменте мне стало плохо. Где Сэд и его лезвие?

Официант принес карбонару и сковороду с курицей, картофелем и грибами. В любом другом случае я бы обожралась, как свинья.

Но сейчас ни один кусок даже самого божественного блюда не лез мне в горло.

Они сидели вместе, как парочка. Ева пила Маргариту через красную трубочку, превращая свои губы в утиные. Как вышел их союз?

– А ты что делаешь? Ты ведь так и не сдала экзамены? – Ева хотела меня вывести. И это все знали.

– Пойдемте танцевать, мы уже слишком засиделись, – брат спасал меня. Он такой был милый, когда заботился.

Толпой пошли расталкивать танцующих. Тим прыгал со мной, как совсем недавно, но моего настроя хватило только на переступания с одного места на другое.

Тогда он подхватил к себе Карлу и заставил выделывать такие же движения, как он. Я знала: бывшая подружка тащилась по нему очень давно. Но Тим и понятия не имел об этом и воспринимал ее как сестренку.

Ева терлась о Джима всеми силами. А он, казалось, превращался в ее марионетку.

– Она такая сучка, – сказал мне Сэд, который оказался рядом. Как же я была благодарна ему.