Истории одной монеты

Спасибо, весьма интересно и познавательно, теперь я буду знать, что нужно использовать её весьма осторожно.

Я замер от неожиданности.

– О чём ты? – онемевшие губы не желали двигаться. – Она у тебя?

Макс жестом фокусника извлёк из внутреннего кармана пиджака до боли знакомый металлический кругляш с цифрами 1 и 9.

– Да, кстати, твоя мать звала тебя всё время, пока я искал эту чёртову монету. Она кричала и кричала от боли и страха. А монетка такая мелкая, зараза, еле нашёл её. Ни под кожей, ни в желудке, ни в кишках не было.

Знаешь, где обнаружилась? В правом лёгком. Правда, к этому моменту Мария Ивановна, конечно, уже умерла.

Он подмигнул мне. По телу растекался лёд. Мысли разбегались во все стороны паникующей крысиной стаей.

– Как знать, возможно, если бы ты остался, то мог бы попытаться её спасти.

Макс пружинисто зашагал прочь и вскоре растворился в толпе спешащих на работу людей. Я остался сидеть. Вдалеке загудела, отбывая, баржа; гудок напомнил мне протяжный, безнадёжный вой смертельно раненного животного.

Хозяин круглосуточного кафе «Кругло с уток», добродушный армянин Рубен, включил музыку. Сквозь хрип динамиков пробился задорный голос Верки Сердючки.

«Ха-ра-шо! Всё будет ха-ра-шо! Всё будет ха-ра-шо, я это знаю!»

Каждое слово падало на мои плечи скалой, разрывая плоть, дробя кости, мысли, бытие. И вскоре не осталось ничего.

ЧУРИНГА

Sivka Burka

«Ахтунг! 0 3 2 4 7 3 – 5 0 1 3 8 2 – 9 0 0 6 3 1».

Задорно по немецки отрапортовал звонкий девичий голосок.

– С Днём Рождения, милая. – Сашок перекатился на бок, – Прости, я кажется заснул.

Рука нырнула в леденящую пустоту второй половины двуспальной кровати. Стон, а точнее рваный захлебывающийся вой слетел с губ. Врут, суки, время не лечит, лишь загоняет боль глубже, где нервные окончания уже ничего не значат, превращаясь в скопления пульсирующих звёзд вечности, Где агония подобна галактике, сжимающейся от ужаса бесконечного одиночества.

«нуль, драй, цвай, фи: а, зибэн, драй» – нетерпеливо подпрыгивал на столе механический карлик с жадно раззявленной пастью.

Щелкунчик-копилка-будильник с голосом Леры. Таким знакомым, звонким и… живым.

***

– Ну Сааанёк, Сашенька, Сашулечка, давай купим, это же Nussknacker und Mausek?nig – девушка не сводила влюблённого взгляда с уродца на ярмарочном развале. Тот гордо попирал ногой многоглавую мышь в короне. Точно Георгий Победоносец змея. Длиннющий, скрученный в кольца хвост мыши заканчивался штепселем.