Белая птица

Девушка открыла ротик и удивленно захлопала ресницами:

– Да, как же так, тятенька! Не уж то он меня любит?! Тык почем же молчал?

Сезар наигранно и умильно заулыбался, начав проникновенно говорить:

– Любит, любит, еще как! Говорит, жить без нее не могу. Судьба она моя. Единственная!

Сделал князь ударение на последнем слове.

Ингрид покраснела и воскликнула, схватив себя за щеки:

– Ой, мамочки! Да когда счастье это случится? Я теперь то – невеста!

Князь поднялся с кресла, желая скорее закончить разговор:

– Через два дня, душенька.

Я уже приказал начать подготовку. А ты пойди, поделись радостью с подружками, пооткрывайте сундуки с платьями, помалюйте красками…

–… и все, что вы там делаете. – Тихо закончил фразу мужчина, отворачиваясь и снимая улыбку с холодного полного лица.

Позади уже раздавались восторженные крики прислужниц-подружек, окруживших княжну.

«Хороша девка, но глупа, как пробка. Так даже будет проще».

На следующий день княжна вместе со своей немногочисленной свитой вышла погулять во двор.

Снежные сугробы привычно белели вокруг стен замка. Я ненадолго прикрыла глаза, подставляя лицо негреющим лучам, солнце у нас появлялось редко, прячась за серыми тучами.

Волоча длинную теплую юбку по протоптанной дорожке, Ингрид приблизилась к загороженному металлической решеткой загону, где находились пленники Бешеной упряжки и, скинув в снег пушистые варежки, нетерпеливо повернулась к стоявшей рядом девушке:

– Ну, давай, давай же! – протянула она ладонь.

Другая служанка быстро и привычно подобрала из сугроба светлые варежки, пока княжна получала из холщевого мешка куски вчерашнего хлеба.

– Эй, собачки-и-и! – позвала Ингрид тонким голосом и кинула поверх заграждения первый кусок. – Идите сюда!

Несколько крупных животных, достигавших в холке до плеча рядом стоявших девушек, повставали со своих мест и глухо рыча, начали приближаться к людям.

– Ловите, ловите!

В светлых глазах с узкими зрачками уже не было видно человеческого разума.

Один, поводив носом, подобрал подсушенную краюху и был сразу атакован своим товарищем, вцепившимся в загривок. Раздался рев и визг грызущихся псов.

– Какие смешные. – По-детски захлопала в ладоши княжна и засмеялась. – Вот еще, ловите.

За решетку полетели новые куски и пара крупных костей из съеденного накануне жаркого.

С противоположной стороны площадки за всем происходящим наблюдал зверь, немного отличавшийся по своей масти от остальных.