Закон притяжения

Запив все чаем, она продолжила с тем же трагическим видом.

– Для меня каждый день в одном кабинете с ним, словно в аду. Он цепляется ко мне по каждому поводу, хамит и кричит постоянно. Вчера полдня мы занимались дележкой кабинета, чуть ли не границы чертили, и следили, чтобы другой и шагу не сделал на чужую территорию. Вчера, наверное, весь этаж слышал, как мы с ним ругались из-за документов, которые он забрал себе без моего ведома. В общем, мы скоро точно поубиваем друг друга!

Она замолчала, услышав какой-то подозрительный звук.

– Чего ржешь?! – возмутилась Настя. – Смешно ей, видите ли. Ну, ладно, попляшет он у меня сегодня. Не все же мне страдать.

– Опять на неприятности решила нарваться? – весело поинтересовалась секретарша.

– Не бойся, ничего криминального, – ехидно улыбаясь, успокоила подругу девушка. – Спасибо за чай, пойду, пожалуй.

Она встала и вышла. Аня лишь покачала головой ей вослед и, вздохнув, уткнулась в монитор.

Незаметно прокравшись в свой новый кабинет и убедившись, что Лимина нет на месте, Настя торжествующе подошла к его стулу.

«Пусть это глупо и по-детски, но зато, с каким удовольствием я посмотрю на его перекошенную рожу, – довольная собой, подумала она. – Могу же я позволить себе хотя бы такую маленькую радость».

Усевшись поудобней в кресле, она уставилась на дверь в ожидании. Но Алекс так и не появился, даже спустя полчаса.

«Черт, наверное, уехал по объектам.

Переделав большую часть работы и перерыв кипу бумаг, Настя устало протерла глаза и, подойдя к окошку, распахнула его, чтобы глотнуть свежего воздуха. Стремительно темнеющее небо освещалось лишь тонкой полоской заката, и город спешил зажечь огни, затмевающие звезды и окрашивающие небо в багряный цвет. В офисе практически никого не осталось, только пара таких же трудоголиков, как она сама.

От налетевшего порыва ветра листок с набросками затрепетал и улетел под стол.

– Ааа! – раздался громкий вопль и, подскочив от неожиданности, Настя больно ударилась головой.

– Мякина! Ты покойница! – эта реплика убедила ее замереть под столом и сидеть, не высовываясь. Сдерживая смех, она закрыла рот руками, жалея, что не увидела все своими глазами.