Ты (не) поймаешь меня, дракон!

 – Может, тебя к врачу отвезти?

Я даже растерялась от такой реакции. Айдена словно подменили, и вместо грозного сыщика передо мной сидел влюбленный в меня по уши дракон.

– Не стоит, – тихим, дрожащим голосом ответила ему, старательно разыгрывая из себя мученицу.

Я отвела взгляд, скрывая довольную улыбку, и мои плечи дрогнули от сдерживаемого смешка. И, видно, решив, что я собралась разрыдаться, Айден притянул меня к себе, обнял и зашептал что-то успокаивающее.

Признаться, я растаяла от такой заботы, а еще больше от ласково обнимающих рук дракона.

Похоже, и Айден чувствовал что-то подобное, потому как, дождавшись, когда я перестану изображать рыдания, он нежно обхватил руками мое лицо и поцеловал. Мягко, едва касаясь, а после все более смело, захватывая  мои губы в плен.

Я тут же потерялась в урагане нахлынувших эмоций, таких сильных, что они никак не могли быть лишь моими.

Впрочем, очень быстро мои мысли стало занимать совсем другое. Например, как приятно пахнет от мужчины. Или как мне хочется увидеть его без одежды, прикоснуться к его оголенному торсу, а потом затащить в постель.

– Что же ты со мной делаешь, – выдохнул дракон, отрываясь от моих губ, и переходя на шею.

Я тут же откинула голову назад, предоставляя ему доступ, и судорожно выдохнула, когда он прикоснулся губами к моей коже.

Кажется, мне начинает это нравиться. И как жаль, что пора прекращать все это.

Наощупь запустила руку в сумочку и нащупала там маленький камушек размером с горошину. Вытащила, поднесла к оголенной шее мужчины, так своевременно лишившейся шарфа, и раздавила его в пальцах.

В парализующих заклятиях я была не сильна, да и почуял бы Айден мою магию прежде, чем сумела его обезвредить. Поэтому такие одноразовые артефакты были просто находкой.

Дракон окаменел и обмяк, заваливаясь вперед. Я едва успела его придержать и с трудом усадила прямо, чтобы не упал. Из-за заклинания Айден не сумел бы даже моргнуть, и мог только, глядя на меня, бешено вращать глазами.

Ох, чувствую, не простит он мне этого, если судить по ярости, что полыхала в его взгляде. Но он сам виноват, я не просилась к нему в истинные.