Закон и женщина

– Получил твой дядя ответ от майора Фитц-Дэвида?

– Получил.

– Читала ты его?

Голос его упал, на лице выразилось внезапное страдание, которое мне больно было видеть.

– Я принесла ответ, чтобы показать его тебе. Вот он.

Юстас почти вырвал письмо из моих рук и повернулся ко мне спиной, чтобы прочесть его при лунном свете. На это потребовалось не много времени. Ответ был краток. Я сразу запомнила его слово в слово и могу повторить теперь.

«Многоуважаемый викарий,

Мистер Юстас Вудвил был совершенно прав, сказав вам, что он джентльмен по происхождению и по общественному положению и что он наследовал от отца независимое состояние, приносящее ему две тысячи годового дохода.

    Преданный вам Лоренц Фитц-Дэвид».

– Можно ли желать более ясного ответа, – сказал Юстас, возвращая мне письмо.

– Если бы я справлялась о тебе, этот ответ удовлетворил бы меня.

– Разве он не удовлетворил дядю?

– Нет.

– Что же говорит викарий?

– Зачем тебе знать это, мой милый?

– Мне нужно знать.

В этом деле между нами не должно быть секретов. Сказал что-нибудь дядя, показывая тебе ответ майора?

– Сказал.

– Что?

– Он сказал, что его письмо состояло из трех страниц расспросов о тебе, и обратил мое внимание на то, что ответ майора состоит только из одной фразы. Он сказал еще: «Я вызывался побывать у майора, чтобы расспросить его лично, но ты видишь, что он даже не отвечает на мое предложение. Я просил его сообщить мне адрес матери мистера Вудвила – он на это отвечает молчанием.

Он ограничивается кратчайшим подтверждением голых фактов. Обратись к своему здравому смыслу, Валерия. Такая нелюбезность – нечто необычайное со стороны человека, которого все справедливо считают джентльменом по происхождению и по воспитанию и который, кроме того, мне друг».

Юстас прервал меня:

– Что ты ответила на вопрос дяди?

– Я сказала только, что не понимаю образа мыслей майора.

– Что сказал дядя? Если любишь меня, говори правду.

– Дядя был очень резок. Но он старый человек, ты не должен сердиться на него.

– Я не сержусь. Что он сказал?

– Он сказал: «Запомни мои слова, Валерия. Майор знает что-то, касающееся мистера Вудвила или его семейства, но считает себя не вправе открывать это. Письмо его, правильно истолкованное, есть не что иное, как предостережение. Покажи его мистеру Вудвилу и, если хочешь, повтори ему мои слова».

Юстас прервал меня опять.