Непристойные предложения

 – Ты знаешь, что самое сложное для композиторов-додекафонистов[3 - Додекафония – метод сочинения музыки, возникший в XX веке.]?

– Я могу предложить вам, – продолжал генеральный директор, с которого уже в три ручья тек пот, – точные архитектурные чертежи Эмпайр-стейт-билдинг и мюзик-холла Радио-Сити, а также пять… нет, пусть будет десять… масштабных моделей каждого здания. И вы получите все остальные предметы, которые просили. Вот так. Торг неуместен. Давайте быстро!

Они переглянулись друг с другом, когда Хебстер резко открыл дверь и показал на пятерых охранников в ливреях, ждавших рядом с персональным лифтом.

– Согласны, – сказали они в унисон.

– Класс! – Хебстер почти взвизгнул. Он втолкнул их в дверной проем и сказал самому высокому охраннику:

– Девятнадцатый этаж!

Как только он закрыл дверь, мисс Сайденхайм открыла дверь в приемную. В кабинет вломились Йост и Фунатти в цвета бутылочного стекла униформе ООЧ. Не задерживаясь, они ринулись к Хебстеру и распахнули дверь запасного выхода.

Фунатти, небольшого роста человек с кожей оливкового цвета, принюхался.

– Первяки, – прогундосил он. – У него здесь были первяки, совершенно точно. Чувствуешь эту бродяжную вонь, Йост?

– Да, – сказал тот. – Пошли. Пожарная лестница. Мы догоним лифт!

Они достали из кобуры табельное оружие и ринулись вниз по металлической лестнице. Где-то внизу остановился лифт.

Секретарша Хебстера уже была у громкой связи.

– Техобслуживание! – Она выдержала небольшую паузу.

– Спасибо, Грета, – сказал Хебстер, отключив громкую связь, когда они остались одни. Он плюхнулся в свое кресло и шумно выдохнул:

– Ведь существуют и более легкие способы заработать миллион.

Она подняла свои идеальные белые брови.

– Или быть абсолютным монархом прямо посреди парламента землян?

– Если они будут ждать достаточно долго, – лениво сказал он, – я буду ООЧ, современным мировым правительством и прочими организациями в одном лице. Год или два – и все будет в кармане.

– Вы не забываете про Вандермира Демпси? Его ребята также метят на место ООЧ. Не говоря уж об их радужных планах на вас. А их много, очень много.

– Грета, они меня совершенно не беспокоят.