Повесть о Роскошной и Манящей Равнине

Молвил Холблит:

– Не этот ли край зовется Уделом Бессмертных?

От этих слов улыбка оставила лицо девы, побледнели и она, и ее подружки, и услышал тут Холблит:

– Воздержись от подобных слов. Их не смеет произнести здесь ни один муж. Но можешь звать этот край Землею Живых.

Ответил юноша:

– Прошу прощения за торопливое слово.

Тут они вновь заулыбались и, подступив поближе, начали оглаживать ладонями, глядя с любовью. Только Холблит чуточку отодвинулся и промолвил:

– Я пришел, чтоб отыскать утрату, горестную для меня.

И рекла дева, вновь подступая к нему:

– Да, найдешь ты ее, пригожий муж, – и ее, и все прочее, чего только захочешь.

Тогда он спросил:

– Не привозили ли сюда недавно девицу по имени Полоняночка? Прекрасную, светловолосую и сероглазую, добрую с виду, ласковую, прямую словом и не робкую. Будет ростом с вас, эта пригожая дева из Дома Розы, моя нареченная.

Поглядев друг на друга, молодицы качнули головами, и черноволосая девица сказала:

– Такая нам неизвестна, как и род, который ты назвал.

Тут Холблит приуныл, а желанье и горе пробудили в нем жалость, и он нахмурился, глянул на дев, которые вдруг показались ему легкомысленными и беспечными, невзирая на красоту.

Но, затрепетав, девушки отступили от Холблита, ибо стояли совсем рядом, прикасаясь к нему с любовью, а та, что более всех говорила с ним, уже с лаской взяла его за левую руку и сказала она:

– Нет, не смотри на нас с такой горечью! Если эта женщина не найдется в стране, так не по нашей злой воле.

Тут Холблит несколько смягчился и сказал:

– А много ли женщин в этой земле?

– Да, много, – сказала девица.

– И много ли среди них подобных вам красавиц? – спросил он.

Тут они рассмеялись и обрадовались, и вновь пододвинулись поближе к Холблиту и, взяв за руки, поцеловали его.

Черноволосая же девица ответила:

– Да-да, таких, как мы, здесь много, есть даже покрасивее.

И рассмеялась.

– А этот ваш Король, – спросил он. – Каким именем он зовется?

– Просто Король, – ответила девица.

– Разве у него нет другого имени? – вопросил Холблит.

– Мы не смеем произносить его, – ответила дева, – но скоро сам увидишь, что в нем нет ничего другого, кроме мощи и доброты.

Глава XI.