Повесть о Роскошной и Манящей Равнине

Однако Полоняночки не было между ними, больше того, ни одна из сих дев не походила на дочерей его народа, хотя были они милы и пригожи. Посему Холблит вновь заподозрил, что сценку разыграли лишь для того, чтобы разгневать его… не было горя в лицах этих девиц, и некоторые тщеславно улыбались, когда он заглядывал им в лица.

Посему, повернувшись, он возвратился на место, не молвив и слова. Раздавшиеся за спиной насмешки и хохот на этот раз не смутили его, ибо Холблит помнил совет старца и делами доселе следовал ему; нетрудно было понять, что он лишь выиграл от этого.

– А теперь пусть будут музыка и песни, прежде чем мы отправимся почивать.

Тут умолк гул голосов, и вперед вышли трое мужей с огромными арфами, а с ними четвертый – сказитель. Арфисты ударили по струнам, так что зазвенела кровля, в грохоте этом, впрочем, угадывалась мелодия; поиграв недолго, они умерили громкость, и сказитель запел:

На Черный брег

Не приходит снег.

Холодны ветра речи

И здесь, и далече.

Кто внутрь ни войдет,

Садится, прядет.

Мечется веретено

Из ладони в ладонь,

А певец давно

Смотрит в огонь.

И песня льется

О летних днях.

Зрелый колос смеется,

Поспевают плоды в садах.

Закончив труд,

Девы встают,

И летит челнок

В сени, за уголок,

И пляскою занята

За четою чета.

Но прежде чем дом

Огласит смычок,

Из чаши с вином

Каждому свой глоток.

И пусть темна

Ночь и хлад вовне,

Пусть зла зима

И ветер по всей стране,

Стенами своими чертог

Укроет нас от тревог,

И крыша над головой

Ветра умерит вой.

Да будет благословен

Труд строителей этих стен.

Тщетно буря ревет,

Тих очага свет,

А смычок поет и поет.

Мир – вот его совет.

И стучат башмаки,

В пляске пары витают,

И сердца их тают,

И движенья легки.

Но ветру, как бы ни выл,

Не остудить отважного пыл,

И волнам, как им ни бить,

Бесстрашного не устрашить.

Пусть грохочет прибой и темна ночь,

Нас им не превозмочь.

И ляжет дорогой

Злая вода.

Чужая тревога –

Чужому беда.

Темна долина,

В окошках огни,

Но темень ложится на

Светлые дни.

Кто там стучит в дверь?

Поди-ка проверь.

Гости пришли,

Да не из этой земли?

Щит в руке, а в другой – меч,

Такая будет здесь речь.

Пляскам людским конец,

Пляшут теперь клинки.