Власть меча

«Его сердце за морем, а не с вами», – заявляли они, и это привело к падению правительства Южно-Африканской партии, в котором он был премьер-министром, министром обороны и внутренних дел. Теперь он возглавил оппозицию. Однако сам он считал себя прежде всего ботаником, а солдатом и политиком – лишь по необходимости.

– Надо подождать, пока остальные нас догонят.

Генерал Ян Смэтс остановился на каменистом выступе, покрытом лишайником, и оперся на трость. Мужчины посмотрели вниз по склону.

В сотне шагов ниже по тропе мрачно поднималась женщина; очертания бедер под ее плотной ситцевой юбкой были мощными, словно круп породистой кобылы, а обнаженные руки выглядели мускулистыми, как у борца.

– Моя маленькая голубка, – нежно пробормотал сэр Гарри, наблюдая за своей новобрачной.

После четырнадцати лет ухаживаний она лишь полгода назад приняла его предложение.

– Поторопись, Анна! – умоляюще воскликнул мальчик, шедший за ней по узкой тропе. – Таким темпом мы доберемся до вершины только в полдень, а я умираю от желания позавтракать!

Ростом Шаса не уступал Анне, хотя и был в два раза тоньше ее.

– Так шагай вперед, если ты так спешишь, – проворчала женщина.

Пробковый шлем был низко надвинут на ее круглое красное лицо, немного похожее на морду дружелюбного бульдога.

– Хотя почему это кому-то приспичило желать поскорее добраться до вершины этой проклятой горы?..

– Я тебя подтолкну! – предложил Шаса и положил ладони на массивные круглые ягодицы леди Кортни.

– Прекрати, испорченный мальчишка! – задохнулась Анна, стараясь удержать равновесие при неожиданно ускорившемся подъеме. – Или я сломаю эту палку о твою задницу! Ох, хватит! Хватит!

До того как стать леди Кортни, она была просто Анной, няней Шасы и любимой горничной его матери. Ее стремительный взлет по социальной лестнице никак не изменил их отношений.

Они, смеясь и задыхаясь, добрались до скального выступа.

– Вот она, дедушка! Специальная доставка!

Шаса усмехнулся, глядя на Гарри Кортни, а тот развел их в стороны решительно, однако нежно. Прекрасный мальчик и скромная краснолицая женщина были самыми драгоценными из всех его сокровищ – его женой и его единственным внуком.

– Анна, радость моя, ты не должна так пользоваться силой мальчика! – предупредил он супругу с невозмутимым лицом, а она хлопнула его по руке отчасти игриво, отчасти сердито.