Власть меча

– А ты толстеешь, Престер-Джон, – упрекнул он пони. – Нам придется согнать с тебя лишнее клюшкой для поло.

Он вскочил в седло и срезал путь, следуя трубопроводу вокруг выступа холма. Эта труба доставляла воду из источника за холмом на рудник и к промывочным механизмам. Шаса проехал мимо насосной станции, и ему стало стыдно из-за того, что эта станция связывала его с ночной порочностью, но потом солнечные лучи осветили равнины внизу, и он забыл об этом, наслаждаясь картиной оживающего утреннего вельда.

Сантэн приказала, чтобы по эту сторону холма лес оставили нетронутым, и деревья мопани величественно высились вокруг. Стайка франколинов щебетала в зарослях кустарника на склоне, а серая антилопа дукер, возвращаясь от источника, перескочила дорогу прямо перед носом пони. Шаса засмеялся и изобразил, будто уклоняется, чтобы избежать столкновения.

– Эй, прекрати выпендриваться!

Он обогнул выступ утеса – открывшийся перед ним вид удручающе контрастировал с тем, которым Шаса только что любовался.

Шаса коснулся пятками боков пони, и они проскакали галопом последнюю милю, добравшись до главной откатки как раз в тот момент, когда старый «форд» Твентимен-Джонса подъехал со стороны деревни со все еще горящими фарами. Доктор посмотрел на часы, выходя из машины, и как будто опечалился из-за того, что Шаса явился на три минуты раньше.

– Вы когда-нибудь бывали на откатках, мастер Шаса?

– Нет, сэр.

Он чуть не добавил: «Мама никогда не разрешала мне этого», но почему-то это показалось ему излишним, и он впервые почувствовал негодование из-за вездесущего присутствия матери.

Твентимен-Джонс повел его к началу линии и познакомил с начальником смены.

– Мастер Шаса поработает с вами, – объяснил он. – Обращайтесь с ним как обычно, как вы обращались бы с любым молодым человеком, который однажды станет вашим управляющим.

По выражению лица Твентимен-Джонса совершенно невозможно было понять, когда он шутит, так что никто не засмеялся.

– Дайте ему каску, – приказал Твентимен-Джонс и, когда Шаса застегнул ремешок каски, повел его к основанию каменной стены утеса.

В камне был пробит наклонный туннель, круглое отверстие, в которое под углом сорок пять градусов уходили стальные рельсы, исчезающие затем в темной глубине.