Виртуальный свет. Идору. Все вечеринки завтрашнего дня

Они это придумали, чтобы не прогореть на эксплуатационных расходах, защитили себя от зевак, не собирающихся ничего покупать. Каждый вошедший оставит здесь не меньше этих пяти сотен.

Контейнерный город оказался исполинским крытым рынком, если можно назвать рынком место, где паркуются не грузовики, а корабли, большие корабли. Судя по всему, пятисотдолларовый минимум никого особенно не отпугивал, люди здесь толклись даже теснее, чем на улице.

– Гонконгские деньги, – сказал Фредди. – Эти ребята откупили целый кусок набережной.

– Слышь, – удивленно воскликнул Райделл, указывая на смутный силуэт, вырисовывавшийся за крановыми балками и прожекторными мачтами, – так это ж мост, тот самый, на котором люди живут.

– Да, – криво усмехнулся Фредди, – только лучше бы сказать не «люди», а «психи».

Он направил Райделла к эскалатору, неутомимо взбегавшему на безупречно белый борт огромного контейнеровоза.

– Охренеть можно, – восхитился Райделл, оглядывая сверху Контейнерный город.

– Ну уж не скажи, – качнул головой Фредди, – и я родился в Лос-Анджелесе, так что знаю, о чем говорю. А это – рынок себе и рынок, плешь собачья.

Райделл купил бордовую нейлоновую куртку, две пары черных джинсов, три черные футболки и белье, за все про все – пять сотен с небольшим, так что пришлось доплатить по кредитной карточке.

– Совсем и не дорого, – сказал он, укладывая покупки в желтый полиэтиленовый мешок с эмблемой Контейнерного города.

– Не за что, – пожал плечами Фредди. – А что там на джинсах написано, где они произведены?

Райделл изучил ярлык.

– Африканский союз.

– Ну вот, – кивнул Фредди, – принудительный труд. Не нужно было тебе брать это говно.

– Я как-то не подумал… А как тут с едой, поесть тут можно где-нибудь?

– Сколько душе угодно…

– А ты-то пробовал когда такую вот корейскую хрень маринованную? Ну прямо огонь во рту…

– У меня язва.

– Стресс, Фредди, это все от стресса.

– Очень смешно. – Фредди оторвался от розовой пластиковой миски и окинул Райделла недружелюбным взглядом. – Ты что, всегда такой юморист?

– Какой там юмор, – печально улыбнулся Райделл, – просто так уж вышло, что я про язву много знаю: у моего отца тоже думали, что язва.