Кривотопь. Перевёртыш

Письмо обещало дать ответ на вопрос, который занимал их головы столько времени, сколько каждый из них помнил себя.

– Я не хочу, чтобы это был ты, – прошептал Тинн.

Коул сел и прислонился спиной к стене.

– А если это ты?

Тинн лежал без движения. Несколько секунд он даже не мигал.

– Не хочу, чтобы это был я, – выдохнул он.

Мальчики долго молчали. Цикады ритмично стрекотали на улице, и порыв ветра с шумом пробежал по листьям большого платана.

– Эй, Тинн! – снова прошептал Коул. – Если это я – если я… если ты – настоящий мальчик, а я – нет, – он сглотнул, – ты всё равно будешь моим братом?

У Тинна сжалось горло.

– Всегда.

Коул кивнул в темноте.

– Эй, Коул, – начал Тинн.

– Всегда, – откликнулся Коул.

Тинн сделал глубокий вдох.

– Мы это сделаем, так ведь? – произнёс он.

– Ну, если это действительно ты, я не собираюсь тут сидеть и смотреть, как ты умрёшь из-за того, что мы никуда не пошли, – заявил Коул. – Пусть лучше меня съедят в лесу. – Он сглотнул.

 – Знаешь, лучше вместе.

Тинн кивнул.

– Я тоже так думаю, – сказал он.

– Тогда решено, – проговорил Коул. – Ответы. Дикая Чаща. Рассвет.

Тинн кивнул. Ветер снова просвистел за оконной рамой.

– Так ты скажешь маме?

Коул прикусил губу.

– Может, ты?

Утром миссис Бёртон нашла записку.

Глава 7

Карта была простая и даже примитивная, но ориентиры, нанесённые рядом с краем леса, оказались достаточно знакомы. Секретная дорожка начиналась недалеко от дерева, на котором мальчики нашли записку.

Солнце ещё только поднималось над горизонтом, когда они подошли к тому месту, которое на карте было отмечено как начало тропы.

Коул взял с собой карманный ножик. Он был хороший и острый, но уже не настолько, как когда-то: это лезвие превратило в стружку бесчисленное количество палочек. Ещё он нёс свёрток из выцветшей жёлтой материи. Мама действительно испекла вчера вечером пирожные с повидлом и оставила их остывать на кухонном столе.

Пока Тинн старательно писал записку, в которой объяснял, куда они идут, и просил её не волноваться, Коул сложил полдюжины слоёных пирожных на жёлтое выцветшее кухонное полотенце и завязал всё вместе в аккуратный узелок. Он держал его в руке, когда они пустились по дорожке в путь.

Из кухонного ящика Тинн взял спичечный коробок. В нём оставалось только четыре спички, но он решил, что его шансы разжечь костёр куда выше с четырьмя спичками, чем без единой.