Джекаби

Джекаби улыбнулся ей – уверена, ему казалось, что это лишь любезная улыбка после вполне логичного объяснения. Похоже, он намеревался забыть об инциденте, списав его на недопонимание. Однако он, очевидно, не был готов получить увесистый удар в лицо.

Это была не символическая женская пощечина – удар был так силен, что детектив развернулся, отлетел к стене и сполз по ней на пол.

Женщина гневно уставилась на него.

– Ничего особенного?! Просто женщина? Я Мона О’Коннор из славного рода О’Конноров, который берет начало от королей и королев Ирландии! Да во мне столько силы, что никчемному созданию вроде вас со мной уж точно не потягаться.

Джекаби, пошатнувшись, сел. Осторожно пошевелив челюстью, он взглянул на свою противницу. В его серых глазах, подобно тучам перед грозой, забегали мысли.

– О’Коннор, говорите?

– Верно. Вам еще и ирландцы не по душе? – Мисс О’Коннор стиснула зубы и строго посмотрела на Джекаби, ожидая, осмелится ли он сознаться в своих предрассудках.

Но детектив поднялся на ноги, отряхнул пальто – содержимое карманов при этом зазвенело, возвращаясь на место, – и закинул шарф за плечо.

– Приятно познакомиться, мисс О’Коннор. Полагаю, у вас есть сожительница?

Гнев Моны поубавился. Она взглянула на нас с Чарли, увидела на наших лицах такое же недоумение и снова посмотрела на детектива. Он ответил ей невинной, любопытной улыбкой. Левая сторона его лица покраснела, на щеке проступили очертания четырех изящных пальцев.

– Может, с вами живет престарелая родственница? – предположил он как ни в чем не бывало, – или подруга семьи? Рискну предположить, вы помните ее с детства.

Мона побледнела.

– Она уже в возрасте, но нельзя сказать, сколько точно ей лет, – продолжил Джекаби. – Сколько вы себя помните, она всегда была рядом, но в воспоминаниях она кажется вам такой же старой, как и сейчас.

Мона стала белее мела.

– Но как вы… – начала она.

– Меня зовут Джекаби, и я с удовольствием познакомлюсь с ней, если вы, конечно, не возражаете, – заявил он.

Брови Моны сдвинулись, но ее решимость явно пошатнулась.

– Я… обещала матушке, что позабочусь о ней.

– Даю вам слово, я не причиню ей вреда.

– У нее как раз… очередной приступ. Я… послушайте, я прошу прощения за это, э-э-э, недоразумение, но думаю, вам лучше прийти в другой раз.