Джекаби

До этого наверху кто-то играл на скрипке. Там часто играют ближе к вечеру. Весьма недурно. Вечером кто-то стоял у окна в коридоре. Наверное, это грек из квартиры напротив. Он выходит на балкон курить сигары. Думает, его жена об этом не знает. Но он не слишком-то скрывается. Топает как слон. Больше ничего необычного. Хотя…

– Да? – оживился Джекаби.

– Был еще один звук… Такой… Не знаю даже, как описать.

Он сердито нахмурился, пытаясь припомнить, что именно слышал. Джекаби снова стукнул камертоном, и Хендерсон глубоко задышал, сосредотачиваясь на воспоминаниях.

– Такой… металлический. Звяк-звяк. Вот такой. Наверное, это часы у него на цепочке звенели. Вскоре после этого начались рыдания. Она была так печальна…

– Огромное спасибо за содействие, мистер Хендерсон.

Свободной рукой Джекаби свернул футляр и сунул его в карман пальто. Последний раз стукнув камертоном, он подошел ближе к Хендерсону.

– Я за ним вернусь, – сказал он и протянул камертон хозяину, – но пока он вам нужнее.

Хендерсон осторожно взял инструмент из рук детектива, держа его за основание, чтобы не оборвать кристально чистую ноту.

Его глаза, такие же красные, как пижама, светились благодарностью. Он кивнул, после чего Джекаби несколько неловко потрепал его по плечу и вышел в коридор.

Когда я покинула квартиру, Джекаби уже изучал окно в конце коридора. Он открыл щеколду, закрыл ее и открыл снова, затем ощупал раму. Снаружи виднелся очень узкий балкон, на котором стоял горшок с землей, где, вероятно, рос цветок, пока не ударили морозы.

Не успела я спросить, заметил ли он что-нибудь необычное, как он пошел по коридору в противоположном направлении. Мы с Чарли поспешили за ним, тихо миновали закрытую дверь триста первой квартиры и вышли на лестницу.

– Интересно, сколько над нами этажей? – пробормотал Джекаби, поднимаясь по ступенькам.

– Должно быть, всего один, – предположила я. – В фойе было четыре ряда почтовых ящиков, а номера квартир начинались на цифры с одного до четырех.

Так что, если здесь нет мансарды…

Тут я замолчала. Мы дошли до площадки. Перед нами действительно оказалась еще одна дверь в коридор. Джекаби повернулся ко мне и наклонил голову набок.

– Почтовые ящики? – спросил он.

– Э-э-э, да. В фойе.

Уголок его губ приподнялся в довольной ухмылке.

– Тонкое наблюдение, мисс Рук. Очень тонкое.

– Вы считаете? – Как ни странно, мне очень хотелось произвести хорошее впечатление на странного нового начальника.