Цирк семьи Пайло

Снова пауза, потом дробь барабанивших по столу ноготков, после чего голос произнес:

– Ладно. Теперь просыпайся, Джейми. Возвращайся ко мне. Просыпайся.

Он мало-помалу пришел в сознание, влекомый волной дивных ароматов и парой сверкающих глаз. Сначала ему показалось, что он смотрит на два алмаза, сверкающих в отблеске свечей. Лицо предсказательницы появлялось вокруг них размытым контуром. Казалось, нужно несколько часов, чтобы оно вновь обрело четкость и форму.

– Понравилась прогулка? – спросила прорицательница Шелис.

Джейми попытался припомнить последние несколько минут, но мысли его плыли, как в тумане.

– Что случилось? Там что-то было про блондинку?

– Нет, не думаю, – ответила Шелис. Быстрыми движениями она начала прибирать со стола, явно чем-то озабоченная и раздраженная.

– Ну, Джейми, спасибо, что зашел. А теперь извини, у меня еще много дел.

– Да, конечно, – проговорил Джейми и встал.

Шелис быстро прошла мимо него, откинула блестящую занавеску и вышла наружу. Вскоре она исчезла из виду.

Пару секунд Джейми смотрел на хрустальный шар, теперь прикрытый тканью, а потом вышел из хижины.

За пределами темного обиталища с тонкими ароматами его снова ударило многоцветие и многоголосие окружающего мира. Понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть. Он почти ничего не помнил с момента окончания представления фокусника, да и само представление припоминал очень смутно. У него за спиной стеклянные бусинки позвякивали на ветру. Что же действительно там произошло?

И снова мягкий и вкрадчивый внутренний голос произнес: «В твоем положении не о чем беспокоиться.

Наслаждайся представлением».

Возражать у него не было сил. С порывом ветерка, принесшего запах попкорна, вернулась беззаботная эйфория, и после нескольких глубоких вздохов, он почувствовал, как легонько закружилась голова. Он медленно побрел обратно к многолюдным дорожкам, рассматривая цыганские лотки. День начал клониться к закату.

* * *

Наступил вечер, и небо над Аллеей Развлечений засветилось разноцветными полосками.

Джейми инстинктивно сторонился ярких цветных пятен и вышел к деревянному строению, окруженному алым сиянием, из дверей которого выбивались рыжеватые язычки пламени, словно дыхание дракона. Это была Комната Смеха и Ужаса.

Посетителей было мало – казалось, что большинство направились к гигантским шатрам в центре цирка, где, как сообщали торговавшие с лотков цыгане, скоро начнется представление акробатов и клоунов.