Пылающий берег

Она тут же поправилась:

– Капитан Кортни… – И сразу сменила язык: – Минхеер Кортни?

Молодой бог улыбнулся ей. Казалось просто невозможным, что это тот же самый человек – взъерошенный, окровавленный, грязный, в изорванных лохмотьях, дрожащий и жалкий, кому она помогла справиться с потрясением от боли и слабости, а затем, поддавшегося опьянению, усадила в коляску мотоцикла накануне днем…

Когда он улыбнулся, Сантэн почувствовала, как мир пошатнулся под ее ногами. А когда мир замер, она почувствовала, что теперь он несется по другой орбите, по новому пути среди звезд.

– Entrez[15 - Входите (фр.).], месье…

Она отошла в сторону; и когда летчик перешагнул порог, граф встал из-за стола и поспешил ему навстречу.

– Как ваши дела, капитан? – Он пожал руку Майкла. – Как ваши раны?

– Намного лучше.

– Немножко коньяка пойдет им на пользу, – предположил граф и лукаво покосился на дочь.

Желудок Майкла испуганно сжался при этих словах, и он энергично затряс головой.

– Нет, – твердо произнесла Сантэн и повернулась к Анне. – Мы должны проверить повязки капитана.

Протестуя лишь для вида, Майкл сел на табурет перед плитой, и Анна расстегнула его ремень, а Сантэн, стоя за его спиной, сняла с него китель и рубашку.

Анна размотала бинты и одобрительно хмыкнула.

– Горячей воды, дитя! – приказала она.

Они осторожно обмыли и просушили ожоги, потом опять смазали их бальзамом Анны и перевязали чистыми бинтами.

– Заживает прекрасно, – кивнула Анна, пока Сантэн помогала Майклу надеть рубашку.

Она и не представляла прежде, какой гладкой может быть кожа мужчины – и на боках, и на спине… На затылке Майкла курчавились темные волосы, а сам он был таким худым, что все позвонки выступали под кожей отчетливо, как бусины чёток, а вдоль них бежали две гряды крепких мускулов.

Сантэн обошла Майкла, чтобы застегнуть на нем рубашку спереди.

– Вы так добры… – тихо произнес он.

Она не осмелилась посмотреть ему в глаза, чтобы не выдать своих чувств перед Анной.

Волосы на его груди были густыми и упругими, Сантэн почти неосознанно слегка коснулась их кончиками пальцев, а соски на плоской крепкой груди были серовато-розовыми и крошечными, но они затвердели и приподнялись под ее взглядом, и это был феномен, который и изумил, и очаровал девушку. Ей и в голову не приходило, что такое и с мужчинами случается.

– Поспеши, Сантэн! – сердито бросила Анна.